Как краб играл с морем


Книга Как краб играл с морем - читать онлайн

Редьярд Киплинг

Как краб играл с морем

В начале времен, милые мои, когда мир только устраивался, один Старый Волшебник отправился осматривать сушу и море. Всем животным он велел выйти и поиграть. Животные спросили:

— Скажи, Старый Волшебник, во что же нам играть?

А он ответил им:

— Я вам покажу.

Он взял слона, слона-всех-тогдашних-слонов, отвел его в сторону и сказал:

— Играй в слона.

И слон-всех-тогдашних-слонов стал играть в слона.

Потом он взял бобра, бобра-всех-тогдашних-бобров, отвел его в сторону и сказал:

— Играй в бобра.

И бобер-всех-тогдашних-бобров стал играть в бобра.

Потом он взял корову, корову-всех-тогдашних-коров, отвел ее в сторону и сказал:

— Играй в корову.

И корова-всех-тогдашних-коров стала играть в корову.

Потом взял черепаху, черепаху-всех-тогдашних-черепах, отвел ее в сторону и сказал:

— Играй в черепаху.

И черепаха-всех-тогдашних-черепах стала играть в черепаху.

Так он перебрал всех животных, птиц и рыб и определил, во что им играть.

К вечеру, когда все сильно устали, к Старому Волшебнику пришел Человек (со своей маленькой дочуркой, со своей любимой девочкой, которая сидела у него на плече) и спросил:

— Что это за игра, Старый Волшебник?

Старый Волшебник ответил:

— Это игра «в начало», сын Адама; но ты для нее слишком умен.

Человек поклонился и сказал:

— Да, я слишком умен для этой игры; но, послушай, устрой так, чтобы все живые существа мне повиновались.

В то время как они разговаривали, краб (морской рак), по имени Пау Амма, стоявший на очереди в игре, бросился в сторону и сполз в море, мысленно рассуждая:

«Я сам выдумаю себе игру в глубине морской и никогда не буду повиноваться этому сыну Адама».

Никто не видел, как он удрал, кроме маленькой девочки, которая сидела на плече Человека. Игра продолжалась до тех пор, пока каждому из зверей не были даны указания. Тогда Старый Волшебник вытер руки и пошел посмотреть, хорошо ли играют звери.

Он пошел на север, милые мои, и раньше всего увидел, что слон-всех-тогдашних-слонов разрывал клыками и топтал ногами новенькую с иголочки землю.

— Кун? — спросил слон-всех-тогдашних-слонов, что значит: хорошо?

— Паях кун, — ответил Старый Волшебник, что значит: очень хорошо.

Он дохнул на кучки земли, вырытой слоном-всех-тогдашних-слонов, и они превратились в великие Гималайские горы, которые вы можете найти на карте.

Потом Старый Волшебник отправился на восток и увидел корову-всех-тогдашних-коров, которая паслась на приготовленном для нее лугу. Она прогулялась к ближайшему лесу и вылизала его языком, а теперь спокойно пережевывала жвачку.

— Кун? — спросила корова-всех-тогдашних-коров.

— Паях кун, — ответил Старый Волшебник. Он дохнул на обглоданный лес и на то место, где лежала корова, и получились Великая Индийская пустыня и Сахара.[1] Вы можете найти их на карте.

Пошел Старый Волшебник на запад и увидел бобра-всех-тогдашних бобров. Он строил бобровые плотины в устьях широких рек, приготовленных для него.

— Кун? — спросил бобер-всех-тогдашних-бобров.

— Паях кун, — ответил Старый Волшебник. Он дохнул на упавшие стволы деревьев и на тихие воды, и получились девственные леса Флориды.[2] Вы можете найти их на карте.

Далее пошел Старый Волшебник на юг и увидел черепаху-всехтогдашних-черепах, которая рылась в песке, приготовленном для нее. Песчинки и камешки летели во все стороны и падали прямо в море.

— Кун? — спросила черепаха-всех-тогдашних черепах.

— Паях кун, — ответил Старый Волшебник. Он дохнул на песчинки и камешки, упавшие в море, и они превратились в группу островов: Борнео, Целебес, Суматру, Яву и другие, или, иначе, в Малайский архипелаг. Вы можете найти его на карте, милые мои.

Случайно, на берегу реки Перак, Старый Волшебник встретил Человека и спросил его:

— Скажи, сын Адама, все ли животные повинуются тебе?

— Все, — ответил Человек.

— А земля повинуется тебе?

— Да.

— А море повинуется тебе?

— Нет, — ответил Человек. — Раз днем и другой раз ночью море набегает на реку Перак и гонит пресную воду в глубину леса, а вода заливает мое жилище. Раз днем и другой раз ночью море отступает назад и забирает с собою всю воду реки. На дне ее остается только грязь, и тогда моя лодка садится на мель. Не ты ли научил море такой игре?

— Вовсе нет, — ответил Старый Волшебник. — Это какая-то новая и притом нехорошая игра.

— Посмотри! — воскликнул Человек. В эту минуту море подкатилось к устью реки Перак и отогнало назад воду, которая вышла из берегов и затопила лес на далекое пространство, добравшись даже до жилища человека.

— Тут что-то неладно. Спусти-ка свою лодку. Поедем и посмотрим, кто там играет с морем, — сказал Старый Волшебник.

Они сели в лодку. С ними поехала и маленькая девочка. Человек захватил свой крис — кривой, изогнутый кинжал с острым лезвием, и они отправились по реке Перак. Море только начало отступать, и лодка проскочила из устья реки Перак мимо Селангора, Малаки, Сингапура и острова Бинтанг с такой быстротой, словно ее кто-то тянул за веревку.

Старый Волшебник встал и крикнул:

— Эй вы, звери, птицы и рыбы, которых я учил каждого своей игре, кто из вас играет с морем?

Все звери, птицы и рыбы в один голос ответили:

— Старый Волшебник, мы играем в те игры, которым ты нас научил, и не только мы сами, но даже дети-наших-детей. Никто из нас не играет с морем.

В это время над водою взошла полная, круглая луна. Волшебник спросил у горбатого старика, который сидит на луне и плетет невод, надеясь когда-нибудь поймать им весь мир.

— Эй, рыбак с луны, это ты балуешься с морем?

— Нет, — ответил рыбак. — Я плету невод, которым надеюсь когда-нибудь поймать весь мир. А с морем я и не думаю баловаться.

Потом показалась на луне крыса, которая всегда перегрызает невод старого рыбака, когда он уже почти готов. Старый Волшебник спросил ее:

— Эй, крыса с луны, это ты играешь с морем?

Крыса ответила:

— У меня и без того много дела. Видишь, я перегрызаю невод, который плетет этот старый рыбак. Я не играю с морем.

И она продолжала грызть невод.

Тогда маленькая девочка протянула свои пухлые смуглые ручонки, украшенные браслетами из великолепных белых раковин, и сказала:

— О, Старый Волшебник! Когда в самом начале мира ты разговаривал с моим отцом, а я сидела у него на плечах, звери приходили к тебе, и ты учил их играть. Но один зверь самовольно ушел в море, не дождавшись, чтобы ты показал ему игру.

Старый Волшебник сказал:

— Вот умная девочка, видела и молчала. Какой из себя был этот зверь?

— Круглый и плоский. Глаза у него на подставочках, ходит он бочком, а на спине носит панцирь.

Здесь изображен краб Пау Амма, который пользуется тем, что Старый Волшебник разговаривает с человеком и его дочкой, и поспешно обращается в бегство. Старый Волшебник сидит на волшебной подушке и окутан волшебным облаком. Перед ним три волшебных цветка. На холме вы можете видеть слона-всех-тогдашних-слонов, корову-всех-тогдашних-коров и черепаху-всех-тогдашних-черепах. Они собираются играть в ту игру, которой их научил волшебник. У коровы горб, потому что она в то время была единственной в своем роде и должна была носить на себе все, что было предназначено для коров, которые появятся впоследствии. Под холмом находятся животные, которых волшебник научил новой игре. Там тигр-всех-тогдашних-тигров, улыбающийся костям-всех-тогдашних-костей, лось-всех-тогдашних-лосей и попугай-всех-тогдашних-попугаев. Остальные животные за холмом, и потому я не нарисовал их. Домик на холме — это единственная в ту пору постройка. Старый Волшебник сделал его, чтоб человек знал, как устраивать жилье. Вокруг остроконечного пригорка обвилась змея-всех-тогдашних-змей, которая разговаривает с обезьяной-всех-тогдашних-обезьян; обезьяна дразнит змею, а змея дразнит обезьяну. Человек сосредоточился на беседе с Волшебником, а девочка смотрит, как Пау Амма убегает. Возвышение над водой — это и есть Пау Амма. В те времена он был не простым крабом, а королем крабов. Оттого и вид у него совсем другой. За человеком видны какие-то клетушки — это великий лабиринт, куда он войдет, когда окончит свою беседу с Волшебником. На камне под ногою человека волшебный знак [3]. Внизу я нарисовал три волшебных цветка, окутанных облаком. Вся эта картинка сказочная и волшебная.

vse-knigi.org

КАК КРАБ ИГРАЛ С МОРЕМ - Киплинг Р.Д. - Детские сказки - читать - Все для деток и их родителей

    КАК КРАБ ИГРАЛ С МОРЕМ

В начале времен, милые мои, когда мир только устраивался, один Старый Волшебник отправился осматривать сушу и море. Всем животным он велел выйти и поиграть. Животные спросили: - Скажи, Старый Волшебник, во что же нам играть? А он ответил им: - Я вам покажу. Он взял слона, слона-всех-тогдашних-слонов, отвел его в сторону и сказал: - Играй в слона. И слон-всех-тогдашних-слонов стал играть в слона. Потом он взял бобра, бобра-всех-тогдашних-бобров, отвел его в сторону и сказал: - Играй в бобра. И бобер-всех-тогдашних-бобров стал играть в бобра. Потом он взял корову, корову-всех-тогдаш-них-коров, отвел ее в сторону и сказал: - Играй в корову. И корова-всех-тогдашних-коров стала играть в корову. Потом взял черепаху, черепаху-всех-тогдаш-них-черепах, отвел ее в сторону и сказал: - Играй в черепаху. И черепаха-всех-тогдашних-черепах стала играть в черепаху. Так он перебрал всех животных, птиц и рыб и определил, во что им играть. К вечеру, когда все сильно устали, к Старому Волшебнику пришел Человек (со своей маленькой дочуркой, со своей любимой девочкой, которая сидела у него на плече) и спросил: - Что это за игра, Старый Волшебник? Старый Волшебник ответил: - Это игра "в начало", сын Адама; но ты для нее слишком умен. Человек поклонился и сказал: - Да, я слишком умен для этой игры; но, послушай, устрой так, чтобы все живые существа мне повиновались. В то время как они разговаривали, краб (морской рак), по имени Пау Амма, стоявший на очереди в игре, бросился в сторону и сполз в море, мысленно рассуждая: "Я сам выдумаю себе игру в глубине морской и никогда не буду повиноваться этому сыну Адама". Никто не видел, как он удрал, кроме маленькой девочки, которая сидела на плече Человека. Игра продолжалась до тех пор, пока каждому из зверей не были даны указания. Тогда Старый Волшебник вытер руки и пошел посмотреть, хорошо ли играют звери. Он пошел на север, милые мои, и раньше всего увидел, что слон- всех-тогдашних-слонов разрывал клыками и топтал ногами новенькую с иго- лочки землю. - Кун? - спросил слон-всех-тогдашних-слонов, что значит: хорошо? - Паях кун, - ответил Старый Волшебник, что значит: очень хорошо. Он дохнул на кучки земли, вырытой слоном-всех-тогдашних-слонов, и они превратились в великие Гималайские горы, которые вы можете найти на карте. Потом Старый Волшебник отправился на восток и увидел корову-всех- тогдашних-коров, которая паслась на приготовленном для нее лугу. Она прогулялась к ближайшему лесу и вылизала его языком, а теперь спокойно пережевывала жвачку. - Кун? - спросила корова-всех-тогдашних-коров. - Паях кун, - ответил Старый Волшебник. Он дохнул на обглоданный лес и на то место, где лежала корова, и получились Великая Индийская пустыня и Сахара*. Вы можете найти их на карте. Пошел Старый Волшебник на запад и увидел бобра-всех-тогдашних бобров. Он строил бобровые плотины в устьях широких рек, приготовленных для него. - Кун? - спросил бобер-всех-тогдашних-бобров. - Паях кун, - ответил Старый Волшебник. Он дохнул на упавшие стволы деревьев и на тихие воды, и получились девственные леса Флориды**. Вы можете найти их на карте. Далее пошел Старый Волшебник на юг и увидел черепаху-всех- тогдашних-черепах, которая рылась в песке, приготовленном для нее. Песчин- ки и камешки летели во все стороны и падали прямо в море. - Кун? - спросила черепаха-всех-тогдашних черепах. * Сахара - это пустыня в Африке. ** Флорида - полуостров на Юго-Востоке Северной Америки. { Здесь изображен краб Пау Амма, который пользуется тем, что Старый Волшебник разговаривает с человеком и его дочкой, и поспешно обращается в бегство. Старый Волшебник сидит на волшебной подушке и окутан волшебным облаком. Перед ним три волшебных цветка. На холме вы можете видеть слона- всех-тогдашних-слонов, корову-всех-тогдашних-коров и черепаху-всех- тогдашних-черепах. Они собираются играть в ту игру, которой их научил волшебник. У коровы горб, потому что она в то время была единственной в своем роде и должна была носить на себе все, что было предназначено для коров, которые появятся впоследствии. Под холмом находятся животные, которых волшебник научил новой игре. Там тигр-всех-тогдашних-тигров, улыбающийся костям-всех-тогдашних-костей, лось-всех-тогдашних-лосей и попугай-всех-тогдашних-попугаев. Остальные животные за холмом, и потому я не нарисовал их. Домик на холме - это единственная в ту пору постройка. Старый Волшебник сделал его, чтоб человек знал, как устраивать жилье. Вокруг остроконечного пригорка обвилась змея-всех-тогдашних-змей, которая разговаривает с обезьяной-всех-тогдашних-обезьян; обезьяна дразнит змею, а змея дразнит обезьяну. Человек сосредоточился на беседе с Волшебником, а девочка смотрит, как Пау Амма убегает. Возвышение над водой - это и есть Пау Амма. В те времена он был не простым крабом, а королем крабов. Оттого и вид у него совсем другой. За человеком видны какие-то клетушки - это великий лабиринт, куда он войдет, когда окончит свою беседу с Волшебником. На камне под ногою человека волшебный знак*. Внизу я нарисовал три волшебных цветка, окутанных облаком. Вся эта картинка сказочная и волшебная. } * На камне выдолблена свастика. Современные дети называют ее "фашистский знак", потому что фашисты изображали его на своих знаменах, танках, самолетах. Однако в древние, первобытные времена свастика была символом плодородия и солнца, и, конечно, она не имеет никакого отношения к злодеяниям фашистов. - Паях кун, - ответил Старый Волшебник. Он дохнул на песчинки и камешки, упавшие в море, и они превратились в группу островов: Борнео, Целебес, Суматру, Яву и другие, или, иначе, в Малайский архипелаг. Вы можете найти его на карте, милые мои. Случайно, на берегу реки Перак, Старый Волшебник встретил Человека и спросил его: - Скажи, сын Адама, все ли животные повинуются тебе? - Все, - ответил Человек. - А земля повинуется тебе? - Да. - А море повинуется тебе? - Нет, - ответил Человек. - Раз днем и другой раз ночью море набегает на реку Перак и гонит пресную воду в глубину леса, а вода заливает мое жилище. Раз днем и другой раз ночью море отступает назад и забирает с собою всю воду реки. На дне ее остается только грязь, и тогда моя лодка садится на мель. Не ты ли научил море такой игре? - Вовсе нет, - ответил Старый Волшебник. - Это какая-то новая и притом нехорошая игра. - Посмотри! - воскликнул Человек. В эту минуту море подкатилось к устью реки Перак и отогнало назад воду, которая вышла из берегов и затопила лес на далекое пространство, добравшись даже до жилища человека. - Тут что-то неладно. Спусти-ка свою лодку. Поедем и посмотрим, кто там играет с морем, - сказал Старый Волшебник. Они сели в лодку. С ними поехала и маленькая девочка. Человек захватил свой крис - кривой, изогнутый кинжал с острым лезвием, и они от- правились по реке Перак. Море только начало отступать, и лодка проскочила из устья реки Перак мимо Селангора, Малаки, Сингапура и острова Бинтанг с такой быстротой, словно ее кто-то тянул за веревку. Старый Волшебник встал и крикнул: - Эй вы, звери, птицы и рыбы, которых я учил каждого своей игре, кто из вас играет с морем? Все звери, птицы и рыбы в один голос ответили: - Старый Волшебник, мы играем в те игры, которым ты нас научил, и не только мы сами, но даже дети-наших-детей. Никто из нас не играет с морем. В это время над водою взошла полная, круглая луна. Волшебник спросил у горбатого старика, который сидит на луне и плетет невод, надеясь когда-нибудь поймать им весь мир. - Эй, рыбак с луны, это ты балуешься с морем? - Нет, - ответил рыбак. - Я плету невод, которым надеюсь когда- нибудь поймать весь мир. А с морем я и не думаю баловаться. Потом показалась на луне крыса, которая всегда перегрызает невод старого рыбака, когда он уже почти готов. Старый Волшебник спросил ее: - Эй, крыса с луны, это ты играешь с морем? Крыса ответила: - У меня и без того много дела. Видишь, я перегрызаю невод, который плетет этот старый рыбак. Я не играю с морем. И она продолжала грызть невод. Тогда маленькая девочка протянула свои пухлые смуглые ручонки, украшенные браслетами из великолепных белых раковин, и сказала: - О, Старый Волшебник! Когда в самом начале мира ты разговаривал с моим отцом, а я сидела у него на плечах, звери приходили к тебе и ты учил их играть. Но один зверь самовольно ушел в море, не дождавшись, чтобы ты показал ему игру. Старый Волшебник сказал: - Вот умная девочка, видела и молчала. Какой из себя был этот зверь? - Круглый и плоский. Глаза у него на подставочках, ходит он бочком, а на спине носит панцирь. Старый Волшебник сказал: - Вот умная девочка, говорит правду. Теперь я знаю, куда девался Пау Амма. Дай-ка мне весло. Он взял весло, но грести не пришлось. Лодка сама плыла по течению мимо островов, пока не доплыла до места, которое называется Пусат-Тасек - сердце моря. Там в углублении есть Чудесное Дерево Паух Янгги, на котором растут волшебные орехи-двоешки. Старый Волшебник погрузил руку до самого плеча в теплую воду и под корнями Чудесного Дерева нащупал широкую спину краба. От его прикосновения Пау Амма зашевелился, и все море поднялось подобно тому, как поднимается вода в сосуде, если туда опустить руку. - Ага! - воскликнул Старый Волшебник. - Теперь я знаю, кто играет с морем. И он громко спросил: - Что ты там делаешь, Пау Амма? Пау Амма, сидя глубоко под водою, ответил: - Один раз днем и один раз ночью я выхожу искать себе пропитание. Один раз днем и один раз ночью я возвращаюсь домой. Оставь меня в покое. Но Старый Волшебник сказал: - Послушай, Пау Амма, когда ты выходишь из норки, то вся вода моря вливается в Пусат-Тасек, а берега всех островов обнажаются. Маленькие рыбки от этого умирают, а раджа Моянг Кабан, король слонов, пачкает себе ноги в грязи. Когда ты возвращаешься в Пусат-Тасек и усаживаешься на место, то вода в море поднимается, затопляет добрую половину маленьких островов и заливает дом Человека, а раджа Абдуллах, король крокодилов, захлебывается соленой водой. Пау Амма, сидя глубоко в воде, ответил: - Я не знал, что это так серьезно. Теперь я буду выходить семь раз в день, чтобы вода всегда была в движении. Старый Волшебник сказал: - Я не могу заставить тебя играть в ту игру, Пау Амма, которая была для тебя предназначена, потому что ты с самого начала убежал от меня. Но если не боишься, то выйди на минутку, мы об этом поговорим. - Ничего я не боюсь, - ответил Пау Амма и показался на поверхности моря, залитой лунным светом. В мире не было другого такого огромного зверя, как Пау Амма, потому что он был не простой краб, а царь всех крабов. Одной стороной панциря он коснулся берега в Сараваке, а другой стороною - берега в Паханге. Ростом он был больше, чем дым от трех вулканов. Когда он карабкался по ветвям Чудесного Дерева, то оторвал один из волшебных орехов-двоешек, которые возвращают людям молодость. Девочка заметила, что орех плывет рядом с лодкой, выловила его и попробовала расколоть своими золотыми ножничками. - Ну теперь, Пау Амма, поколдуй, - предложил Старый Волшебник. - Покажи нам свое могущество. Пау Амма вращал глазами и потрясал ножками, но только взбаламутил море. Сделать он ничего не мог, потому что был не более как крабом, хотя и царем крабов. Старый Волшебник засмеялся. - Могущества что-то не видно, Пау Амма, - сказал он. - Давай-ка теперь я попробую. { Это краб Пау Амма, ростом с дым трех вулканов. Он выходит на поверхность воды, но так как он сам громаден, то я не нарисовал здесь вулканов. Пау Амма пытается сделать какое-нибудь чудо, но тщетно, потому что он лишь глупый старый краб и ничего сделать не может. Вы видите, он весь состоит из ножек, брюшка и пустой скорлупы. Лодка здесь та самая, на которой ехали Человек с дочуркою и Старый Волшебник. Море все черное и бурное, так как Пау Амма только что покинул Пусат-Тасек. Самый Пусат-Тасек внизу, и потому я его не нарисовал. Человек грозит крабу своим извилистым крисом. Девочка спокойно сидит посреди лодки. Она знает, что с папой ей нечего бояться. Старый Волшебник стоит на конце лодки и собирается колдовать. Волшебная подушка его осталась на берегу. Одежду он снял, чтобы не замочить в воде, а волшебного облака тоже не взял, чтобы оно своей тяжестью не перевернуло лодку. Возле лодки вы видите нечто, тоже похожее на лодку, - это так называемый противовес. Он привязан к лодке и не дает ей перевернуться. Лодка выдолблена из цельного бревна, и на одном ее конце лежит весло. } Он шевельнул рукой, даже не всей рукой, а только мизинцем левой руки - и вдруг, представьте себе, милые мои, твердый синевато-зеленый панцирь отвалился со спины краба, как ореховая скорлупа, а сам Пау Амма сделался мягким и нежным, как молоденькие крабы, которых иногда можно видеть на морском берегу. - Куда ж девалось все твое могущество? - спросил Старый Волшебник. - Не сказать ли мне Человеку, чтобы он разрезал тебя своим крисом? Не потребовать ли, чтобы раджа Моянг Кабан, царь слонов, проколол тебя своими клыками или чтобы раджа Абдуллах, царь крокодилов, перекусил тебя пополам? Пау Амма ответил: - Мне стыдно! Отдай мне назад мой панцирь и отпусти меня в Пусат- Тасек. Я буду выходить только раз в день и один раз ночью за пищей. Старый Волшебник сказал: - Нет, Пау Амма, я не отдам тебе твоего панциря, потому что ты будешь расти и набираться сил и, пожалуй, возгордишься до того, что, забыв обещание, опять начнешь играть с морем. Пау Амма сказал на это: - Что же мне делать? Я так велик, что могу спрятаться только в Пусат-Тасек, а если я без панциря пойду в другое место, то меня съедят акулы. Если же я в таком виде спущусь в Пусат-Тасек, то там я хоть и буду цел, но не смогу достать себе пищи и умру с голоду. Он жалобно махал ножками и стонал. - Слушай, Пау Амма, - сказал Старый Волшебник. - Я не могу заставить тебя играть в ту игру, для которой ты был предназначен, потому что ты с самого начала убежал от меня. Но если хочешь, я сделаю так, чтобы каждый камень, каждая ямка, каждый пучок водорослей в море был для тебя и твоих детей не менее надежным убежищем, чем Пусат-Тасек. Пау Амма сказал: - Хорошо, но я сразу не могу решиться. Видишь, вот человек, который тогда разговаривал с тобою. Если б он не отвлек твоего внимания, мне не надоело бы дожидаться, я не убежал бы в море и беды со мною не случилось бы. Что же он для меня сделает? Человек сказал: - Если хочешь, я сделаю, чтобы тебе и твоим детям жилось одинаково хорошо и в воде, и на суше. Ты найдешь приют и тут, и там. Пау Амма сказал: - Я еще не могу решиться. Видишь, вот девочка, которая видела, как я убегал. Если бы она тогда же об этом сказала, Волшебник позвал бы меня назад и беды тсо мною не случилось бы. Что же она для меня сделает? Маленькая девочка сказала: - Я сейчас ем вкусный орех. Если хочешь, я отдам тебе свои острые старые ножницы, которыми я его расколола. Тогда ты со своими детьми, выйдя на берег, сможешь целый день кушать кокосовые орехи. Можешь также ножницами вырыть себе новый Пусат-Тасек, если на том месте не будет камней. А если земля окажется очень твердой, то те же ножницы помогут тебе взобраться на дерево. Пау Амма сказал: - Я еще не могу решиться. Пока тело у меня мягкое, все это мне без надобности. Верни мне мой панцирь, Старый Волшебник, и тогда я буду играть в твою игру. Старый Волшебник сказал: - Я тебе его возвращу, но лишь на одиннадцать месяцев в году. На двенадцатый месяц он всегда будет делаться мягким, чтобы напомнить тебе и твоим детям, как я умею колдовать. Это тебе не даст возгордиться, Пау Амма. Я боюсь, что иначе, странствуя по морю и по суше, ты сделаешься заносчивым; а если вдобавок будешь лазить по деревьям, щелкать орехи и рыть ямки ножницами, то сделаешься слишком жадным. Пау Амма подумал немного и сказал: - Я решаюсь и принимаю ваши дары. Тогда Старый Волшебник двинул правой рукой, всеми пятью пальцами правой руки. И вдруг, милые мои, Пау Амма стал уменьшаться, уменьшаться, пока не превратился в маленького зеленоватого краба, который плыл рядом с лодкой и кричал тоненьким голосом: - Дайте мне ножницы! Девочка схватила его рукою, положила на дно лодки и дала ему ножницы. Он стал размахивать ими в воздухе, открывать, закрывать, постуки- вать, приговаривая: - Я могу раскалывать орехи! Я могу раскалывать раковины! Я могу рыть ямки! Я могу лазить на деревья! Я могу дышать и на суше! Я могу найти себе безопасный Пусат-Тасек и под каждым камнем! Вот не знал, что я такой важный! Кун? - Паях кун, - со смехом ответил Старый Волшебник. А маленький Пау Амма через борт лодки бросился в море. Он был теперь так мал, что мог бы скрыться под тенью сухого листа на суше или под раковинкой на дне морском. - Хорошо это? - спросил Старый Волшебник. - Да, - ответил Человек. - Но теперь мы должны возвратиться в Перак, и грести всю дорогу будет трудненько. Если бы мы подождали, пока Пау Амма выйдет из своего убежища и затем опять спрячется в Пусат-Тасек, то вода сама донесла бы нас до дому. - Ты очень ленив, - сказал Старый Волшебник. - И дети твои тоже будут ленивы. Это будут самые ленивые люди на свете. Их даже назовут Малайцами, то есть лентяями. Он поднял палец к луне и сказал: - Эй, рыбак! Здесь есть Человек, который ленится грести домой. Дотащи его лодку своим неводом. - Нет, - возразил Человек. - Если уж мне суждено быть ленивым до конца жизни, то пусть море два раза в сутки работает на меня. Тогда мне не придется грести. Старый Волшебник засмеялся и сказал: - Паях кун! Крыса на луне перестала грызть невод, а рыбак спустил его до самого моря и потянул всю глубокую воду мимо острова Бинтанга, мимо Сингапура, мимо Малакки, мимо Селан-гора, пока лодка опять не вошла в устье реки Перак. - Кун? - спросил рыбак с луны. - Паях кун, - ответил Старый Волшебник. - Отныне не забывай два раза в день и два раза в ночь тащить море, чтобы ленивому малайцу не нужно было грести. Да смотри, не слишком усердствуй, а то и тебе от меня до- станется. Они возвратились по домам и легли спать, милые мои. Теперь слушайте внимательно! С того самого дня и поныне луна всегда толкает море взад и вперед и производит так называемый прилив и отлив. Иногда рыбак поусердствует и так поднимет воду, что получается разлив. Иногда же он недостаточно ее поднимет, и она стоит низко. Но большею частью он все-таки работает исправно, потому что боится Старого Волшебника. А Пау Амма? Если вы пойдете на берег, милые мои, то можете увидеть, как его дети роют себе маленький Пусат-Тасек под каждым камешком, под каждой былинкой на песчаной отмели. Вы увидите, как они размахивают своими маленькими ножницами; а в некоторых странах они живут на суше и карабкаются по пальмам, чтобы кушать кокосовые орехи, как это им обещала дочь Человека. Но раз в году все крабы теряют свой твердый панцирь, и кожа у них делается мягкой. Тогда они вспоминают о могуществе Старого Волшебника. Как бы то ни было, не следует охотиться за молоденькими крабами и убивать их на том только основании, что старый Пау Амма в свое время вел себя нехорошо. Да! Дети Пау Амма ужасно не любят, когда их вытаскивают из их маленьких Пусат-Тасеков и приносят домой в стеклянных баночках. Вот почему они стараются зацепить своими клешнями-ножницами тех, кто их ловит. И по- делом!

roditeli-i-deti.ucoz.ru

Как краб играл с морем

В начале времен, милые мои, когда мир только устраивался, один Старый Волшебник отправился осматривать сушу и море. Всем животным он велел выйти и поиграть. Животные спросили:
— Скажи, Старый Волшебник, во что же нам играть?
А он ответил им:
— Я вам покажу.
Он взял слона, слона-всех-тогдашних-слонов, отвел его в сторону и сказал:
— Играй в слона.
И слон-всех-тогдашних-слонов стал играть в слона.
Потом он взял бобра, бобра-всех-тогдашних-бобров, отвел его в сторону и сказал:
— Играй в бобра.
И бобер-всех-тогдашних-бобров стал играть в бобра.
Потом он взял корову, корову-всех-тогдаш-них-коров, отвел ее в сторону и сказал:
— Играй в корову.
И корова-всех-тогдашних-коров стала играть в корову.
Потом взял черепаху, черепаху-всех-тогдаш-них-черепах, отвел ее в сторону и сказал:
— Играй в черепаху.
И черепаха-всех-тогдашних-черепах стала играть в черепаху.
Так он перебрал всех животных, птиц и рыб и определил, во что им играть.
К вечеру, когда все сильно устали, к Старому Волшебнику пришел Человек (со своей маленькой дочуркой, со своей любимой девочкой, которая сидела у него на плече) и спросил:
— Что это за игра, Старый Волшебник?
Старый Волшебник ответил:
— Это игра "в начало", сын Адама; но ты для нее слишком умен.
Человек поклонился и сказал:
— Да, я слишком умен для этой игры; но, послушай, устрой так, чтобы все живые существа мне повиновались.
В то время как они разговаривали, краб (морской рак), по имени Пау Амма, стоявший на очереди в игре, бросился в сторону и сполз в море, мысленно рассуждая:
"Я сам выдумаю себе игру в глубине морской и никогда не буду повиноваться этому сыну Адама".
Никто не видел, как он удрал, кроме маленькой девочки, которая сидела на плече Человека. Игра продолжалась до тех пор, пока каждому из зверей не были даны указания. Тогда Старый Волшебник вытер руки и пошел посмотреть, хорошо ли играют звери.
Он пошел на север, милые мои, и раньше всего увидел, что слон-всех-тогдашних-слонов разрывал клыками и топтал ногами новенькую с иголочки землю.
— Кун? — спросил слон-всех-тогдашних-слонов, что значит: хорошо?
— Паях кун, — ответил Старый Волшебник, что значит: очень хорошо.
Он дохнул на кучки земли, вырытой слоном-всех-тогдашних-слонов, и они превратились в великие Гималайские горы, которые вы можете найти на карте.
 Потом Старый Волшебник отправился на восток и увидел корову-всех-тогдашних-коров, которая паслась на приготовленном для нее лугу. Она прогулялась к ближайшему лесу и вылизала его языком, а теперь спокойно пережевывала жвачку.
— Кун? — спросила корова-всех-тогдашних-коров.
— Паях кун, — ответил Старый Волшебник. Он дохнул на обглоданный лес и на то место, где лежала корова, и получились Великая Индийская пустыня и Сахара. Вы можете найти их на карте.
Пошел Старый Волшебник на запад и увидел бобра-всех-тогдашних бобров. Он строил бобровые плотины в устьях широких рек, приготовленных для него.
— Кун? — спросил бобер-всех-тогдашних-бобров.
— Паях кун, — ответил Старый Волшебник. Он дохнул на упавшие стволы деревьев и на тихие воды, и получились девственные леса Флориды. Вы можете найти их на карте.
Далее пошел Старый Волшебник на юг и увидел черепаху-всех-тогдашних-черепах, которая рылась в песке, приготовленном для нее. Песчинки и камешки летели во все стороны и падали прямо в море.
— Кун? — спросила черепаха-всех-тогдашних черепах.
— Паях кун, — ответил Старый Волшебник. Он дохнул на песчинки и камешки, упавшие в море, и они превратились в группу островов: Борнео, Целебес, Суматру, Яву и другие, или, иначе, в Малайский архипелаг. Вы можете найти его на карте, милые мои.
Случайно, на берегу реки Перак, Старый Волшебник встретил Человека и спросил его:
— Скажи, сын Адама, все ли животные повинуются тебе?
— Все, — ответил Человек.
— А земля повинуется тебе?
— Да.
— А море повинуется тебе?
— Нет, — ответил Человек. — Раз днем и другой раз ночью море набегает на реку Перак и гонит пресную воду в глубину леса, а вода заливает мое жилище. Раз днем и другой раз ночью море отступает назад и забирает с собою всю воду реки. На дне ее остается только грязь, и тогда моя лодка садится на мель. Не ты ли научил море такой игре?
— Вовсе нет, — ответил Старый Волшебник. — Это какая-то новая и притом нехорошая игра.
— Посмотри! — воскликнул Человек. В эту минуту море подкатилось к устью реки Перак и отогнало назад воду, которая вышла из берегов и затопила лес на далекое пространство, добравшись даже до жилища человека.
— Тут что-то неладно. Спусти-ка свою лодку. Поедем и посмотрим, кто там играет с морем, — сказал Старый Волшебник.
 Они сели в лодку. С ними поехала и маленькая девочка. Человек захватил свой крис — кривой, изогнутый кинжал с острым лезвием, и они от- правились по реке Перак. Море только начало отступать, и лодка проскочила из устья реки Перак мимо Селангора, Малаки, Сингапура и острова Бинтанг с такой быстротой, словно ее кто-то тянул за веревку.
Старый Волшебник встал и крикнул:
— Эй вы, звери, птицы и рыбы, которых я учил каждого своей игре, кто из вас играет с морем?
Все звери, птицы и рыбы в один голос ответили:
— Старый Волшебник, мы играем в те игры, которым ты нас научил, и не только мы сами, но даже дети-наших-детей. Никто из нас не играет с морем.
В это время над водою взошла полная, круглая луна. Волшебник спросил у горбатого старика, который сидит на луне и плетет невод, надеясь когда-нибудь поймать им весь мир.
— Эй, рыбак с луны, это ты балуешься с морем?
— Нет, — ответил рыбак. — Я плету невод, которым надеюсь когда- нибудь поймать весь мир. А с морем я и не думаю баловаться.
Потом показалась на луне крыса, которая всегда перегрызает невод старого рыбака, когда он уже почти готов. Старый Волшебник спросил ее:
— Эй, крыса с луны, это ты играешь с морем?
Крыса ответила:
— У меня и без того много дела. Видишь, я перегрызаю невод, который плетет этот старый рыбак. Я не играю с морем.
И она продолжала грызть невод.
Тогда маленькая девочка протянула свои пухлые смуглые ручонки, украшенные браслетами из великолепных белых раковин, и сказала:
— О, Старый Волшебник! Когда в самом начале мира ты разговаривал с моим отцом, а я сидела у него на плечах, звери приходили к тебе и ты учил их играть. Но один зверь самовольно ушел в море, не дождавшись, чтобы ты показал ему игру.
Старый Волшебник сказал:
— Вот умная девочка, видела и молчала. Какой из себя был этот зверь?
— Круглый и плоский. Глаза у него на подставочках, ходит он бочком, а на спине носит панцирь.
Старый Волшебник сказал:
— Вот умная девочка, говорит правду. Теперь я знаю, куда девался Пау Амма. Дай-ка мне весло.
Он взял весло, но грести не пришлось. Лодка сама плыла по течению мимо островов, пока не доплыла до места, которое называется Пусат-Тасек — сердце моря. Там в углублении есть Чудесное Дерево Паух Янгги, на котором растут волшебные орехи-двоешки. Старый Волшебник погрузил руку до самого плеча в теплую воду и под корнями Чудесного Дерева нащупал широкую спину краба. От его прикосновения Пау Амма зашевелился, и все море поднялось подобно тому, как поднимается вода в сосуде, если туда опустить руку.
 — Ага! — воскликнул Старый Волшебник. — Теперь я знаю, кто играет с морем.
И он громко спросил:
— Что ты там делаешь, Пау Амма?
Пау Амма, сидя глубоко под водою, ответил:
— Один раз днем и один раз ночью я выхожу искать себе пропитание. Один раз днем и один раз ночью я возвращаюсь домой. Оставь меня в покое.
Но Старый Волшебник сказал:
— Послушай, Пау Амма, когда ты выходишь из норки, то вся вода моря вливается в Пусат-Тасек, а берега всех островов обнажаются. Маленькие рыбки от этого умирают, а раджа Моянг Кабан, король слонов, пачкает себе ноги в грязи. Когда ты возвращаешься в Пусат-Тасек и усаживаешься на место, то вода в море поднимается, затопляет добрую половину маленьких островов и заливает дом Человека, а раджа Абдуллах, король крокодилов, захлебывается соленой водой.
Пау Амма, сидя глубоко в воде, ответил:
— Я не знал, что это так серьезно. Теперь я буду выходить семь раз в день, чтобы вода всегда была в движении.
Старый Волшебник сказал:
— Я не могу заставить тебя играть в ту игру, Пау Амма, которая была для тебя предназначена, потому что ты с самого начала убежал от меня. Но если не боишься, то выйди на минутку, мы об этом поговорим.
— Ничего я не боюсь, — ответил Пау Амма и показался на поверхности моря, залитой лунным светом.
В мире не было другого такого огромного зверя, как Пау Амма, потому что он был не простой краб, а царь всех крабов. Одной стороной панциря он коснулся берега в Сараваке, а другой стороною — берега в Паханге.
Ростом он был больше, чем дым от трех вулканов. Когда он карабкался по ветвям Чудесного Дерева, то оторвал один из волшебных орехов-двоешек, которые возвращают людям молодость.

audiobaby.net

Редьярд Киплинг «Краб, который играл с морем»

Рейтинг

Средняя оценка:
8.36
Голосов:
164
Моя оценка:

-

подробнее

Редьярд Киплинг

Краб, который играл с морем

The Crab that Played with the Sea

Другие названия: The Crab that played the Tides; Морской краб, который играл с морем; Как Краб играл с морем; Морской рак, который играл с морем

Сказка, 1902 год

Язык написания: английский

Перевод на русский:
Р. Померанцева (Краб, который играл с морем), 1987 — 4 изд.
Е. Чистякова-Вэр (Морской краб, который играл с морем), 1991 — 6 изд.
Л. Хавкина (Как краб играл с морем), 1993 — 12 изд.
А. Рождественская (Краб, который играл с морем), 1993 — 1 изд.
Н. Локтионова (Краб, который играл с морем), 1995 — 1 изд.
Р. Померанцева, К. Атарова (Краб, который играл с морем), 2008 — 1 изд.
Р. Муха, В. Левин (Краб, который играл морем), 2013 — 1 изд.
Перевод на украинский:
Л. Солонько (Як Краб грався морем), 1984 — 1 изд.

Жанрово-тематический классификатор:

Всего проголосовало: 36

Аннотация:

Не большая притча о том, как в стародавние времена один старый волшебник давал зверям и людям задания играть в игры. Но краб ускользнул в море и придумал себе игру сам. А через некоторое время с морем что то стало не так.

Входит в:

— сборник «Просто сказки», 1902 г.

— антологию «Почти как в жизни», 1987 г.


Похожие произведения:

{{#if is_admin}} {{/if}} {{/if}} {{#if user_id}} {{/if}}

 

 

{{#if avg_work_mark}} {{avg_work_mark}} ({{analog.work_markcount}}) {{else}}  -  {{/if}}

{{#if analog.work_mark}}{{analog.work_mark}}{{else}}-{{/if}}

{{analog.responses_count}} отз.

fantlab.ru

Морской краб, который играл с морем — Редьярд Киплинг, сказка читать детям онлайн

В самые стародавние времена, во времена, которые были раньше старых времён, – словом, в самом начале мира жил Старый, Самый Старый Волшебник и переделывал по-своему всё, что тогда существовало на свете. Сперва он сделал землю, потом море, потом велел животным собраться и начать играть друг с другом. Животные пришли и сказали: «О, Старейший и Величайший Волшебник, как же нам играть?» И он ответил им: «Я скажу как». Он призвал Слона, всем слонам Слона, и сказал: «Играй в слона!» И Слон, всем слонам Слон, стал играть, как ему было указано. Призвав Бобра, всем бобрам Бобра, Волшебник сказал: «Играй в бобра!» И Бобр, всем бобрам Бобр, стал играть, как ему указал Волшебник. Корове, всем коровам Корове, Волшебник приказал: «Играй в корову!» И Корова, всем коровам Корова, стала играть в корову. Обращаясь к Черепахе, всем черепахам Черепахе, он сказал: «Играй в черепаху!» И она послушалась его. Так, одного за другим, призвал он к себе всех четвероногих животных, всех птиц и рыб и говорил им, как они должны играть.

К вечеру, когда все животные утомились, пришёл Человек… Ты спрашиваешь, со своей ли маленькой дочкой он пришёл? Да, конечно, со своей собственной любимой маленькой деточкой, которая сидела у него на плече. И Человек сказал: «Что это за игра, Старейший из всех волшебников?» И Старейший Волшебник ответил: «Сын Адама, это игра, в которую нужно играть в самом начале времён, но ты слишком умён для неё». Человек поклонился Волшебнику и сказал: «Да, правда, я слишком умён для этой игры, поэтому позаботься о том, чтобы все животные слушались меня».

Человек и Волшебник разговаривали, а Пау Амма, Морской Краб, до которого как раз дошла очередь, побежал боком, так, как бегают все крабы, и нырнул в море, говоря себе: «Я буду играть один в глубине вод и ни за что, никогда не стану слушаться этого сына Адама».

Никто не видел, как убежал Краб. Его заметила только маленькая девочка, сидевшая на плече своего отца. Игра продолжалась до тех пор, пока каждое из живых существ не получило указания, как ему играть. Наконец Волшебник отряхнул мелкую пыль с рук и пошёл по всему свету смотреть, так ли играют животные.

Он отправился на север и увидел, что Слон, всем слонам Слон, роет глину бивнями и утаптывает большими ногами новую плодородную землю, которую специально приготовили для него.

– Кун? – спросил Слон, всем слонам Слон, что означало: «Хорошо ли я делаю?»

– Пайа Кун («Вполне хорошо»), – ответил Старый Волшебник и дохнул на большие скалы и огромные валуны, которые Слон, всем слонам Слон, подбросил вверх, и они тотчас сделались высоченными Гималайскими горами. Ты можешь увидеть их на географической карте.

Волшебник пошёл на восток и увидел там Корову, всем коровам Корову, которая паслась на отведённом ей лугу: вот она огромным языком слизнула целый огромный лес, проглотила его и легла, начав пережёвывать жвачку.

– Кун? – спросила всем коровам Корова.

– Пайа кун, – ответил Старый Волшебник и дохнул на голую землю, на которой ещё минуту назад рос густой лес, дохнул и на то место, куда Корова легла. Первое место сделалось великой пустыней Индии, а второе – африканской Сахарой. Ты также можешь найти их на карте.

Волшебник пошёл на запад и увидел там всем бобрам Бобра, который ставил плотины поперёк устьев широких рек, только что созданных для него.

– Кун? – спросил всем бобрам Бобр.

– Пайа кун, – ответил Старейший Волшебник и дохнул на поваленные деревья и на стоячую воду, и они тотчас превратились в луга и болота Флориды. И их ты можешь отыскать на карте.

Потом он пошёл на юг и увидел там всем черепахам Черепаху. Она сидела и разрывала лапами песок, только что приготовленный для неё. Песок и камни разлетались вокруг, крутились в воздухе и падали далеко в море.

– Кун? – спросила Черепаха, всем черепахам Черепаха.

– Пайа кун! – сказал Волшебник и дохнул на упавшие в море песок и камни, и они тотчас сделались самыми прекрасными в мире островами, которые называются Борнео, Целебес, Суматра и Ява.

Камни поменьше стали остальными островами Малайского архипелага, и ты можешь отыскать их на карте.
Ходил-ходил Старый Волшебник, и наконец на берегу реки Перак увидел Человека и сказал ему:

– Эй, сын Адама, все ли животные слушаются тебя?

– Да, – ответил Человек.

– Вся ли земля послушна тебе?

– Да, – ответил Человек.

– Всё ли море тебе послушно?
– Нет, – сказал Человек. – Раз днём и раз ночью море бежит к земле, вливается в реку Перак, гонит пресную воду в лес, и тогда она заливает мой дом. Раз днём и раз ночью море увлекает за собой всю воду реки, и в её русле остаются только ил и грязь, и мой чёлн не может плыть. Разве в такую игру велел ты играть морю?

– Нет, – сказал Самый Старый Волшебник, – это новая и нехорошая игра.
– Вот смотри, – сказал Человек. И действительно, пока он говорил, море влилось в устье реки Перак, оттесняя её воды всё дальше и дальше, так что речные волны залили дремучий лес, и дом Человека очутился посреди разлива.

– Это непорядок. Спусти на воду свой чёлн, и мы увидим, кто играет с морем, – сказал Самый Старый Волшебник.
Сын Адама и Волшебник сели в чёлн. Туда же прыгнула и маленькая девочка. Человек взял свой крис – изогнутый кинжал с лезвием, похожим на пламя, – и они выплыли из реки Перак. После этого море стало отходить, и отходить, и отходить и вынесло чёлн из устья реки. Оно влекло его мимо Селангора, мимо полуострова Малакки, мимо Сингапура… всё дальше и дальше, к острову Бинтангу – и чёлн двигался так, словно его тащили на верёвке.

Тут Старый Волшебник выпрямился во весь рост и закричал:

– Эй вы, звери, птицы и рыбы, которых я в начале времён учил играть, кто из вас играет с морем?

И все звери, птицы и рыбы в один голос ответили:

– Старейший из всех волшебников, мы играем в те игры, которым ты научил нас. В них мы и будем играть, а после нас – наши дети и дети наших детей. Никто из нас не играет с морем.

В это время над водой поднялась большая полная луна. И Старый Волшебник сказал горбатому старику, который сидит в середине луны и плетёт рыболовную сеть, надеясь со временем поймать в неё весь мир:

– Эй, Лунный Рыбак, ты играешь с морем?

– Нет, – ответил Рыбак. – Я плету сеть и с её помощью когда-нибудь поймаю весь мир, но с морем я не играю. – И он продолжал своё дело.

Надо тебе сказать, что на луне сидит ещё и Крыса, которая так же быстро перегрызает сеть, как рыбак плетёт её. Эту-то Крысу и спросил Старый Волшебник:

– Эй ты, Лунная Крыса, ты играешь с морем?

Крыса ответила:

– Я слишком занята, чтобы играть с морем: мне постоянно приходится перегрызать сеть, которую плетёт этот старый Рыбак. – И она продолжала грызть нити.

Тогда маленькая девочка, сидевшая на плече сына Адама, протянула свои мягкие маленькие тёмные ручки, украшенные браслетами из раковин, и сказала:

– О Старейший Волшебник, когда мой отец разговаривал с тобой в самом начале, а я через его плечо смотрела на игры животных, одно непослушное создание убежало в море раньше, чем ты заметил его.

Старый Волшебник проговорил:

– Как же умны маленькие дети, которые всё видят и ничего не говорят. Что же это был за зверь?

Маленькая девочка ответила:

– Он круглый и плоский, его глазки сидят на палочках, бежал он боком, вот так, вот так… – Она показала как. – На спине у него толстая прочная броня. Тогда Волшебник сказал:

– Как умны дети, которые говорят правду! Теперь я знаю, куда ушёл Пау Амма, лукавый Краб. Дайте-ка мне весло.

Он взял весло, но грести ему не пришлось, потому что вода быстро бежала мимо островов и несла чёлн, пока не остановился он в месте, которое называется Пусат-Тасек – Сердце моря. Пусат-Тасек – большая подводная пещера, и ведёт она в самую сердцевину мира. В ней растёт чудесное дерево, Паух Джангги, на котором зреют волшебные орехи-двойчатки. Старейший Волшебник опустил руку до самого плеча в тёплую воду и под корнями чудесного дерева нащупал широкую спину Пау Аммы, лукавого Краба. Почувствовав прикосновение, Пау Амма завозился, и поверхность моря поднялась, как поднимается вода в чашке, в которую ты опустишь руку.

– Ага, – сказал Старый Волшебник. – Теперь я знаю, кто играл с морем. – И он громко закричал: – Что ты тут делаешь, Амма?!

Сидевший на глубине Амма ответил:

– Раз днём и раз ночью я поднимаюсь с глубины и ищу себе пропитание. Раз днём и раз ночью я возвращаюсь обратно. Оставь меня в покое!

Тогда Старый Волшебник сказал:

– Слушай, Пау Амма, когда ты выходишь из пещеры, воды моря вливаются в Пусат-Тасек и берега всех островов обнажаются. Маленькие рыбы умирают, а у раджи Моянга Кебана, короля слонов, ноги покрываются илом. Когда ты возвращаешься обратно и прячешься в свою пещеру, воды моря поднимаются, половина маленьких островов исчезает в волнах, они окружают дом сына Адама, и пасть раджи Абдулаха, короля крокодилов, наполняется солёной водой.

Услышав это, сидевший на глубине Пау Амма засмеялся:

– Я не знал, что я такая важная особа. С этих самых пор я буду выходить из пещеры по семь раз в день, и море никогда не будет спокойно!

Тогда Старый Волшебник сказал:

– Я не могу заставить тебя, Амма, играть в ту игру, которая тебе предназначена, потому что ты убежал от меня в самом начале, но если ты не боишься, всплыви, и мы потолкуем.

– Я не боюсь, – ответил лукавый Амма и поднялся на поверхность моря, освещённого луной.

В то время в мире не нашлось бы ни одного существа размером с Пау Амма, потому что он был королём всех крабов. Один край его огромного панциря-щита дотрагивался до берега Саравака, другой – до берега подле Пинанга, и он был больше клубов дыма от трёх вулканов. Поднимаясь между ветвями чудесного дерева, Амма сбил один из больших орехов – волшебный орех-двойчатку, который даёт людям молодость. Маленькая дочка Человека увидела, как орех показался из воды, проплывая мимо чёлна, втащила его на борт и своими маленькими золотыми ножницами принялась вынимать из скорлупы мягкие ядрышки.

– Теперь, – сказал Волшебник, – поколдуй, Пау Амма, и покажи нам, что ты действительно важное существо.

Пау Амма завращал глазами, задвигал ногами, но смог только взволновать море… Ведь Краб-король был всего лишь крабом, и больше ничем. Старейший Волшебник засмеялся.

– На самом деле ты уж не такая важная персона, – сказал он. – Теперь дай-ка я поколдую.

И Старый Волшебник сотворил чудо, взмахнув левой рукой, нет, всего лишь пошевелив мизинцем левой руки. И что же вышло? Твёрдая синевато-зелёно-чёрная броня упала с Краба, как волокна падают с кокосового ореха, и Амма сделался мягким-мягким, совсем как маленькие крабики, которых ты иногда находишь на песчаных отмелях.

– Действительно, велика твоя сила, нечего сказать! – заметил Старейший Волшебник. – Что же мне сделать? Не попросить ли Человека разрезать тебя крисом? Не послать ли за Королём слонов, чтобы он проткнул тебя своими бивнями? Или не позвать ли Короля крокодилов, чтобы он укусил тебя?

Пау Амма отвечал:

– Мне стыдно. Отдай мне мой твёрдый панцирь и позволь уйти обратно в пещеру: тогда я буду выходить из неё всего раз днём и раз ночью, и только в поисках пищи.

Но Старейший Волшебник сказал:

– Нет, Амма, я не отдам тебе назад твой панцирь, потому что ты будешь расти, делаться всё больше, всё сильнее и постепенно снова возгордишься. Потом ты, может статься, позабудешь о своём обещании и снова примешься играть с морем.

Пау Амма ответил:

– Что же мне делать? Я так велик, что могу прятаться только в Пусат-Тасеке, и, если я, такой беззащитный, каким ты меня сделал, пойду куда-нибудь в другое место, акулы и прочие рыбы съедят меня. Если же я отправлюсь в Пусат-Тасек, я вправду буду в безопасности, но не посмею выйти наружу за пищей и умру от голода. – И он начал сучить ножками и громко плакать.

– Послушай, Пау Амма, – сказал ему Старейший Волшебник. – Я не могу заставить тебя играть так, как хотел, потому что ты убежал от меня в самом начале. Но если мы сумеем договориться, я превращу все ямки, все заросли водорослей, все камни во всех морях в надёжные убежища для тебя и твоих детей.

– Мы пока ещё не договорились, – сказал Пау Амма, – но идея неплоха. Однако посмотри, с тобой Человек, с которым ты разговаривал в самом начале. Если бы ты не был с ним так внимателен и предупредителен, мне не надоело бы ждать, я не убежал бы и ничего бы не случилось. Что сделает для меня он?

Тогда Человек сказал:

– Если мы сумеем договориться, то я немного поколдую, и тогда и глубокая вода, и сухая земля превратятся в надёжные убежища для тебя и твоих детей. Вы сможете прятаться и на суше, и в море. Хочешь?

Амма ответил:

– Я ещё не решил окончательно. Смотри, вот девочка, которая в самом начале видела, как я убежал. Если бы она тогда заговорила, Волшебник позвал бы меня обратно и ничего не случилось бы. Что сделает для меня она?

Маленькая девочка сказала:

– Я ем чудесный орех. Если хочешь, Амма, я поколдую и отдам тебе ножницы, эти острые и прочные ножницы, чтобы ты и твои дети могли есть кокосовые орехи, когда вы из моря выйдете на сушу. Ножницами вы сможете также устроить для себя Пусат-Тасеки везде, где только захотите, если вблизи не окажется ни камня, ни ямки. Если же земля будет совсем твёрдой, вы с помощью этих ножниц будете подниматься на деревья.

Но Пау Амма сказал:

– Я всё ещё не решил. Ведь мне, такому беззащитному, ваши дары не помогут. Старейший Волшебник, верни мне мой панцирь, тогда я буду играть так, как ты мне укажешь.

Старейший Волшебник сказал:

– Я отдам тебе твою броню, Амма. Носи её одиннадцать месяцев в году, но на двенадцатый месяц каждого года она будет делаться мягкой – это напомнит тебе и всем твоим детям о моём могуществе, и вы не станете зазнаваться. Ведь я понимаю, что ты, умея плавать в воде и бегать по земле, можешь сделаться совсем невыносимым. Если же кроме этого ты научишься ещё и лазить по деревьям, разбивать орехи и рыть норы, то станешь к тому же ещё и слишком жадным.

Краб Амма подумал немножко и ответил:

– Я решился, я принимаю все ваши дары.

Тогда Старейший Волшебник пошевелил всеми пятью пальцами правой руки – и смотри, что случилось! Пау Амма стал делаться всё меньше, меньше и меньше и наконец превратился в маленького зелёного крабика. Маленькая дочка Человека поймала его своей коричневой ручкой, посадила на дно чёлна и дала ему ножницы. Он повертел их в маленьких лапах, несколько раз открыл и закрыл, щелкнул ими и сказал:

– Я могу есть орехи. Я могу разбивать раковины. Я могу рыть норы. Я могу взбираться на деревья. Я могу дышать сухим воздухом, я могу находить безопасные убежища под каждым камнем. Я не знал, какое я сильное существо. Кун?

– Пайа кун, – сказал Волшебник. Он засмеялся и благословил Краба. Маленький Пау Амма быстро пробежал по краю чёлна и прыгнул в воду. Он был так мал, что на земле мог спрятаться в тени сухого листа, а на морском дне – в пустой раковине.

– Хорошо я сделал? – спросил Волшебник.

– Да, – ответил Человек. – И теперь нам нужно вернуться в устье реки Перак, но путь туда слишком долог, и мы устанем грести. Если бы мы дождались, когда Пау Амма вернётся в свой Пусат-Тасек, вода отнесла бы нас на место.

– Ты ленив, – сказал Старейший Волшебник. – Поэтому и твои дети будут ленивы и станут самым ленивым народом на земле. – И он поднял палец к луне, закричав: – О Рыбак, смотри: Человеку лень грести до дому! Дотащи своей сетью чёлн к его родному берегу, Рыбак!

– Нет, – ответил сын Адама, – если мне суждено лениться всю жизнь, пусть море дважды в день работает за меня. Это избавит меня от необходимости грести коротким веслом.

Волшебник засмеялся:

– Очень хорошо.

Крыса на луне перестала грызть сеть. Рыбак отпустил её так низко, что она дотронулась до моря. И вот Лунный Старик потащил глубокое море мимо острова Бинтанга, мимо Сингапура, мимо полуострова Малакки, мимо Селангора, и, наконец, чёлн вошёл в устье реки Перак.

– Кун? – спросил Лунный Рыбак.

– Пайа кун, – сказал Волшебник. – Смотри же, теперь всегда два раза днём и два раза ночью води за собой море, чтобы малайские рыбаки могли не работать вёслами. Только смотри, не делай этого слишком резко, не то я обращу свои чары против тебя, как я сделал это с Пау Аммой.

И они поплыли вверх по реке Перак, пристали к берегу и отправились спать.

С того самого дня и до дня нынешнего Лунный Рыбак водит за собой море – туда-сюда, туда-сюда, – и мы наблюдаем приливы и отливы. Иногда он тащит сеть слишком сильно – тогда и приливы бывают намного сильнее. А порой он тянет сеть слишком медленно, и приливы бывают слабыми. Но почти всегда он работает старательно, помня угрозу Старейшего Волшебника.

А что же стало с Крабом Аммой? Когда ты бываешь на морском берегу, ты можешь видеть, как его детки устраивают себе маленькие Пусат-Тасеки под камнями, под пучками травы на песке. Ты можешь видеть, как они машут своими маленькими ножничками. В некоторых далёких странах они действительно всегда живут на суше, поднимаются на пальмовые деревья и едят кокосовые орехи – всё, как и обещала Королю-Крабу маленькая дочка Человека. Раз в год крабы сбрасывают с себя твёрдый панцирь, становятся мягкими и каждый раз вспоминают о могуществе Старейшего Волшебника. В это время нехорошо убивать или ловить детей Аммы, ведь они становятся беззащитными только потому, что старый Пау Амма однажды, очень давно, был груб со Старым Волшебником.
Так-то! Дети Краба Аммы терпеть не могут, чтобы люди вынимали их из норок, унося к себе домой в банках из-под разных солений. Потому-то они так жестоко щиплют тебя своими ножничками, когда ты пытаешься это сделать, – и поделом!

Ни селёдка, ни карасик
Не тревожат Пусат-Тасек —
Пау Аммы тайный дом
На глубоком дне морском.
Пароход из Сан-Франциско
Иногда проходит близко —
Или лодка рыбаков
С близлежащих островков.
Или шхуна из Панамы
Над приютом Пау Аммы
Проплывает невзначай
По пути в Индокитай.

Далеко, за дымкой синей, —
Корабли индийских линий,
И плывут во все концы
Амстердамские купцы.
Но сюда весьма нечасто
Из Марселя и Белфаста
Доплывает пароход;
Если ж он не доплывёт,
Но исчезнет с грузом манго
По дороге из Пенанга
Или не доставит он
Пассажиров в Черибон,
Мистер Ллойд в своей конторе
Загудит: «О горе! Горе!»
Только Краб в пучине вод
И клешнёй не шевельнет.

(Перевод с английского Г.М.Кружкова, Е.М.Чистяковой-Вэр, илл. В.Дувидова, из. Рипол Классик, 2010 г.)

deti-skazki.ru


Смотрите также