Как играть на кумысе


Начальные приёмы игры на кубызе.

Начальные приёмы игры на кубызе.

Кубыз прикладывается к полуоткрытому рту так, чтобы «деки» резонатора плотно прижимались к верхним и нижним рядам зубов (к внешней стороне края зубов). Между зубами оставляется зазор для свободного колебания язычка кубыза. Придерживается кубыз губами (придерживается, но не сжимается – зазор между «деками» и язычком отрегулирован). Свободный вдох и выдох производится через щель между «деками» кубыза. Язычок кубыза приводится в движение лёгким ударом по его кончику, вперёд-назад.

 

Рекомендуемый способ извлечения звука.

Удар по концу язычка наносится неподвижным указательным пальцем вращающейся кисти. Этот способ позволяет извлекать звук, ударяя язычок на себя или от себя и сохранять силу и точность удара, не задевая язычком за «деки».

 

Нужно стараться, чтобы движения были точными по оси язычка, иначе при уклонении пальца вверх или вниз язычок может задевать за «деки» и дребезжать.

 

Изменением положения: языка, диафрагмы и брюшной полости – меняется тон звука.

 

Желаем Вам успеха!

 

Кубыз, варган разных конструкций и под разными названиями существует во многих народах мира.

Кубыз, варган используется как сольный инструмент для концертного и домашнего музицирования.

В ансамблевой игрекубыз хорошо сочетается с другими музыкальными инструментами.

Игра на кубызе используется также в виде аккомпанемента для выделения ритмического рисунка мелодии.

 

Начальные приёмы игры на кубызе.

Кубыз прикладывается к полуоткрытому рту так, чтобы «деки» резонатора плотно прижимались к верхним и нижним рядам зубов (к внешней стороне края зубов). Между зубами оставляется зазор для свободного колебания язычка кубыза. Придерживается кубыз губами (придерживается, но не сжимается – зазор между «деками» и язычком отрегулирован). Свободный вдох и выдох производится через щель между «деками» кубыза. Язычок кубыза приводится в движение лёгким ударом по его кончику, вперёд-назад.

 

Рекомендуемый способ извлечения звука.

Удар по концу язычка наносится неподвижным указательным пальцем вращающейся кисти. Этот способ позволяет извлекать звук, ударяя язычок на себя или от себя и сохранять силу и точность удара, не задевая язычком за «деки».

 

Нужно стараться, чтобы движения были точными по оси язычка, иначе при уклонении пальца вверх или вниз язычок может задевать за «деки» и дребезжать.

 

Изменением положения: языка, диафрагмы и брюшной полости – меняется тон звука.

 

Желаем Вам успеха!

Кубыз, варган разных конструкций и под разными названиями существует во многих народах мира.

Кубыз, варган используется как сольный инструмент для концертного и домашнего музицирования.

В ансамблевой игрекубыз хорошо сочетается с другими музыкальными инструментами.

Игра на кубызе используется также в виде аккомпанемента для выделения ритмического рисунка мелодии.

 

Начальные приёмы игры на кубызе.

Кубыз прикладывается к полуоткрытому рту так, чтобы «деки» резонатора плотно прижимались к верхним и нижним рядам зубов (к внешней стороне края зубов). Между зубами оставляется зазор для свободного колебания язычка кубыза. Придерживается кубыз губами (придерживается, но не сжимается – зазор между «деками» и язычком отрегулирован). Свободный вдох и выдох производится через щель между «деками» кубыза. Язычок кубыза приводится в движение лёгким ударом по его кончику, вперёд-назад.

 

Рекомендуемый способ извлечения звука.

Удар по концу язычка наносится неподвижным указательным пальцем вращающейся кисти. Этот способ позволяет извлекать звук, ударяя язычок на себя или от себя и сохранять силу и точность удара, не задевая язычком за «деки».

 

Нужно стараться, чтобы движения были точными по оси язычка, иначе при уклонении пальца вверх или вниз язычок может задевать за «деки» и дребезжать.

 

Изменением положения: языка, диафрагмы и брюшной полости – меняется тон звука.

 

Желаем Вам успеха!

 

Кубыз, варган разных конструкций и под разными названиями существует во многих народах мира.

Кубыз, варган используется как сольный инструмент для концертного и домашнего музицирования.

В ансамблевой игрекубыз хорошо сочетается с другими музыкальными инструментами.

Игра на кубызе используется также в виде аккомпанемента для выделения ритмического рисунка мелодии.

 

Начальные приёмы игры на кубызе.

Кубыз прикладывается к полуоткрытому рту так, чтобы «деки» резонатора плотно прижимались к верхним и нижним рядам зубов (к внешней стороне края зубов). Между зубами оставляется зазор для свободного колебания язычка кубыза. Придерживается кубыз губами (придерживается, но не сжимается – зазор между «деками» и язычком отрегулирован). Свободный вдох и выдох производится через щель между «деками» кубыза. Язычок кубыза приводится в движение лёгким ударом по его кончику, вперёд-назад.

 

Читайте также:


Рекомендуемые страницы:

Поиск по сайту

Кубыз (щипковый музыкальный инструмент) — Википедия

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Текущая версия страницы пока не проверялась опытными участниками и может значительно отличаться от версии, проверенной 8 октября 2018; проверки требуют 11 правок. Текущая версия страницы пока не проверялась опытными участниками и может значительно отличаться от версии, проверенной 8 октября 2018; проверки требуют 11 правок. У этого термина существуют и другие значения, см. Кубыз.

Кубыз (башк. ҡумыҙ, от тюр. кобуз[1]) — название башкирского варгана. В Башкирии известен деревянный пластинчатый агас-кумыз и металлический тимер-кумыз.

Исполнитель зажимает инструмент губами и придерживает левой рукой, приблизив к зубам. Язычок защипывается пальцем правой руки и он при вибрации издает бурдонный звук, от которого при изменении артикуляции извлекаются обертоны. Звук инструмента тихий, диапазон в пределах одной октавы.

На кубызе исполняются плясовые наигрыши и звукоподражательные мелодии. Используется и как сольный и ансамблевый инструмент.

Наиболее известные исполнители-кубызисты — Р. А. Загретдинов[2], М. Давлетбаев, И. Туймакаев, И.Гимадиев, Р.Гафиятов и другие.

  • Кубыз // Музыкальные инструменты. Энциклопедия. — М.: Дека-ВС, 2008. — С. 313. — 786 с.
  • Лебединский Л. Н. Башкирские народные песни и наигрыши. М., 1962; Уфа, 1989.
  • Рахимов Р.Г. Кубыз // Башкирская народная инструментальная культура. Этноорганологическое исследование. — 2-е изд., доп. — Уфа: БГПУ, 2010. — С. 73—87. — 188 с.
  • Рахимов Р. Г. Башкирский кубыз (варган). Фольклорный сборник. — Уфа: Узорица, 1997. — 36 с.
  • Рахимов Р. Г. Башкирский кубыз (маультроммель). Фольклорный сборник. — М.: TA-MUSICA, 2004.- 46 с.
  • Рахимов Р. Г. Башкирский кубыз // Вопросы инструментоведения.- СПб, 1995. — Вып.2. — С. 95-98.
  • Рахимов Р. Г. Башкирский кубыз / Р. Г. Рахимов // Ватандаш. — 2005. — № 6. — С. 180—186.

Традиция игры на кубызе у шошминских удмуртов

Традиция игры на кубызе (народной скрипке) в относительно хорошей сохранности зафиксирована только на территории проживания шошминских удмуртов (Балтасинский р-н Республики Татарстан, Мари-Турекский р-н Марий Эл). После исчезновения крезя (гуслей) кубыз стал занимать приоритетное положение в их музыкально-инструментальной традиции. Наигрыши на этом инструменте являются одним из важнейших музыкальных элементов свадьбы. О том, насколько высоко ценят скрипку шошминские удмурты, можно судить по некоторым высказываниям. Так, свадьба без скрипки, под гармошку или балалайку раньше уничижительно называлась пуны сюан («собачья свадьба»).

В настоящее время, как правило, используются скрипки фабричного изготовления, которые привозят из Казани. Некоторые народные скрипачи, как например, Кузьма Григорьевич Картамышев (д. Сырья) и Кузьма Демьянович Андреев (д. Карлыган) имеют скрипки немецкого производства, привезенные из Германии.

Еще в 1920–1930-е годы этот инструмент был самодельным, сейчас техника его изготовления почти утрачена. Зафиксировано лишь два относительно полных описания способа изготовления кубыза – от Михаила Владимировича Тувалова (д. Средний Кушкет) и Александра Николаевича Копарова (д. Карек-Серма). Одна из скрипок М. В. Тувалова была самодельной, ее смастерил столяр, не имевший отношения к инструментальному исполнительству. Как вспоминает кубызчи (скрипач), задняя и передняя деки инструмента были сделаны из сосновой доски, обечайка – из черемухового или рябинового дерева. Эти детали были дважды покрыты обычным мебельным лаком, а потом склеены.

Александр Николаевич Копаров свой кубыз изготовил сам. В качестве материала для дек он использовал корневище ели, для головки инструмента – березу, из вяза сделал боковые стенки, колки и смычок. Скрипку покрыл лаком. Как подчеркивает мастер-изготовитель, «краской покрывать нельзя, звук не получится». Большое значение А. Н. Копаров придает подставке между деками: «Если подставка поставлена правильно, только тогда звук идет». Инструмент достаточно тяжелый, по весу превышает фабричный в 2–2,5 раза.

Известно, что смычок (коскан) делали из конских волос, струны кубыза – из овечьих жил, в настоящее время их заменяют металлическими струнами. При игре используют, как правило, три струны. Если инструмент покупной, то четвертую струну снимают. Удмуртские названия струн – векчи, или туж векчи (‘тонкая, очень тонкая’), шор, гайтан (‘срединная’), зог, бозо (‘большая’).Строй инструмента квинтовый. Завиток и колковую коробку называют кубыз йыр (‘головка кубыза’), подставку для струн – атас пыкы (‘петушиный гребень’), гриф – айшет (‘фартук, передник’). Хранят инструменты очень бережно, перед игрой смычок натирают канифолью. Если на кубызе играют в положении сидя, то держат его вертикально,  опирая на колени, при положении стоя – прижимают инструмент задней декой к груди. Такая постановка скрипки при игре типична для шошминских удмуртов.

Социальный статус скрипача-кубызчи довольно высок. Хотя сами исполнители скромно утверждают, что любой может научиться играть на кубызе, односельчане признают за ними несомненный талант, уважают и очень любят скрипачей. Осознающий свою исключительность деревенский скрипач на просьбу сыграть может немного покапризничать, но в конце концов с удовольствием демонстрирует свою игру.

Профессия скрипача-кубызчи является исключительно мужской и передается по мужской линии, хотя право играть на скрипках признается и за женщинами, но, как говорят исполнители, ми палан сыџеосыз ќвќл (‘у нас таких нет’). И действительно, в экспедиционной практике нам не приходилось встречаться с женщинами-кубызчи.

Специального курса обучения игры на кубызе не было. Предполагалось, что ученик должен набираться мастерства, слушая игру скрипача во время деревенских празднеств, свадеб, посиделок. Кузьма Григорьевич Картамышев вспоминает о начале своего обучения так: «Мой отец поставил меня перед печкой и сказал: «Давай». Так вот и выучился». Михаил Владимирович Тувалов, по его словам, научился играть сам, «хоть отец и скрипачом был, но он к тому времени ничего уже не знал». Александр Николаевич Копаров, всю жизнь проработав кузнецом, на кубызе стал играть совершенно неожиданно для всех уже в пожилом возрасте после выхода на пенсию. 

Особое место в репертуаре кубызчи занимали наигрыши, исполнявшиеся во время свадьбы. О том, насколько высоко шошминские удмурты ценят свадебные скрипичные наигрыши, можно судить по некоторым высказываниям. Так, свадьбу без скрипки, под гармошку или балалайку раньше уничижительно называли «собачьей свадьбой» (пуны сюан). Кроме того, на кубызе играют при праздновании Пасхи и Троицы. Однако существуют и некоторые ограничения в использовании инструмента. Так, при проводах в солдаты предпочитали наигрыши на гармони – относительно недавно освоенном инструменте.

Основной (формульный) свадебный напев сюан зоут звучал в доме невесты, а также в домах родни невесты по отцовской линии, после застолья. Скрипач-кубызчи стоял в центре поющих поезжан и подыгрывал эту мелодую, следя за правильным исполнением и очередностью притоптывания поющих (на первую долю семивременной ритмической формулы, состоящей из трех восьмых и двух четвертей) попеременно каждой ногой, выдвигая ее вперед. После свадебного напева исполнялись обрядовые пляски, которые приурочены не только к свадьбе, но и к любому празднику.

В женской пляске апай сямен женщины пляшут сольно в кругу поющих и хлопающих в ладоши женщин и мужчины: сначала медленно кружатся на месте в одну, потом в другую сторону, а затем, мелко перебирая ногами, ходят по кругу.

Мужская пляска пиос сямен исполняется только мужчинами, женщины в ней не участвовали. На свадьбе на плясовой напев поется не обычный песенный четырехстрочный такмак, а специальная текстовая формула:

каскара, каскара, каскара            

лeÿўэ, лeÿўэ, лeÿўэ, оп!                    

шулдыр каром, каскара, каскара 

каскара, каскара!                          

каскара, каскара, каскара!           

– кин¢лэн с¢уанэс?                           

– мишаоÿўэн!                                  

– кин¢лэн шулдырэс?                      

– иринаоўэн!                                   

 

Каскара, каскара, каскара

Бывает, бывает, бывает, оп!

Веселее сделаем, каскара, каскара

Каскара, каскара!

Каскара, каскара, аскара!

– Чья свадьба?

– Мишина!

– Чье веселье?

– Иринино!

Помимо свадебных наигрышей в репертуаре деревенских скрипачей присутствовали аранжировки традиционных удмуртских, а также татарских, марийских и русских (камаринская, «Светит месяц», «Златые горы»)  песенных и плясовых напевов, что связано с интенсивными иноэтническими контактами шошминских удмуртов. По свидетельству уроженки д. Сырья Антонины Ивановны Васильевой, некогда в репертуар сырьинских скрипачей входил наигрыш под названием Кар басьтон (Взятие города) – своеобразная программная пьеса, посвященная взятию Казани. Дед Антонины Ивановны Егор Пчельников, искусный скрипач, говорил, что эту мелодию играли на кубызе во время взятия Казани. Он хорошо знал этот наигрыш и часто его играл. Как вспоминает А. И. Васильева, маршеобразная,  с четким ритмом мелодия звучала неторопливо, в среднем темпе («как будто на лошадях рысью скачут»). В какой конкретной мелодической форме запечатлелись исторические события многолетней давности, остается загадкой.

Сведений об ансамблевой игре на кубызе, а также вхождении его в смешанные инструментальные ансамбли, не зафиксировано. Известно, что в конце 1930-х годов в деревнях Балтасинского р-на было по несколько скрипачей (в д. Сырья – пять кубызчи), но они никогда не играли вместе, поскольку в среде исполнителей-кубызчи всегда существовал дух соперничества. Интересны с этой точки зрения случаи, рассказанные свидетелями таких музыкальных соревнований: «Однажды, еще до войны, в Сырье одновременно проходили три свадьбы. На каждую был приглашен скрипач. Все трое кубызчи стали соревноваться, кто веселее и громче играет, но никто не мог переиграть друг друга. Тогда сын одного кубызчи прибег к хитрости: незаметно намазал струны инструментов двух других исполнителей маслом. Только тогда смогли победить остальных» (д. Сырья, А.И. Васильева). «На свадьбе один человек играет, потому что ему иначе певцов не хватит. На свадьбе же поют. Если в одной деревне оказываются две свадьбы, они обязательно встретятся в одном доме, какая-то возьмет верх. Вот тогда и станет известно, кто настоящий мастер игры. У меня так было. Из Турьи один старик-скрипач пришел, а я очень молодой был. Они советовались, советовались, затем в одном доме две свадьбы и столкнулись. Стали играть: кто умеет лучше. Тот старик устал: не смогу победить, мол. А поезжан полный дом. Тот старик сидя играл. А я внутри свадебного круга хожу. Затем они ушли, а мы остались в том доме. Победили» (д. Средний Кушкет, М. В. Тувалов). Видимо, именно таким образом, в соревновании, оттачивалось мастерство музыкантов. Они занимали исключительное положение в деревенской среде, поскольку петь умеет каждый, а играть – только особо одаренный. Недаром во время свадебного обряда скрипач являлся негласным музыкальным руководителем поезжан: «Молодые, которые первый раз идут на свадьбу, иногда путают, когда петь, а когда ногой притопнуть. Тогда даешь смычком. Учишь. Один, три раза спутают, затем уже у них песня идет» (М. В. Тувалов).

Оплату за свою игру кубызчи обычно не получал. Т. Т. Туктаров (1918 г. р.) из д. Тагашур пояснял: «А малы сёто солы? Просто туганнёслэсь туган ќте инь солэн» (А почему [должны] давать ему? Просто родственник родственника приглашает [играть]). В соседней локальной традиции (д. Куркино Кукморского р-на) мы зафиксировали случай платы скрипачу за игру, но, по словам информантов, тот кубызчи был татарином (кряшеном?), ходил из деревни в деревню и, очевидно, именно этим зарабатывал себе на жизнь.

Что прославляет наш край? Мед, кумыс и курай

Оказалось, например, что курай давно не делают из тростника, кумыс не готовят промышленным способом, а пчелы зимуют в специальных «общежитиях» с красными лампами.

КАК НА САМОМ ДЕЛЕ ДЕЛАЮТ КУРАЙ

Когда-то курай делали из обыч­ного тростника. Срезал, дырочки сделал, где удобно и, как говорит­ся - алга. Вперед, то есть. Этот спо­соб просуществовал до семидеся­тых годов прошлого века. Всем он хорош: и звук отличный, и эко­номно очень. Только вот идеаль­но прямую трубочку еще поискать нужно, а из-за естественных не­ровностей самодельный инстру­мент нельзя правильно на­строить. Поэтому играть в ансамбле или дуэтом по но­там было трудно.

Сейчас все по-другому. Чтобы узнать, как делают главный национальный ин­струмент нашей республи­ки, мы поехали к одному из опытнейших мастеров ре­спублики Рамилю Хуснул­лину. Живет он в деревне Юлдыбаево Кугарчинско­го района.

Оказалось, что кураи бы­вают разной длины и шири­ны - в зависимости от то­нальности. Одни выбира­ют большой диаметр, другие предпочитают игру на вы­соких нотах, и инструмент им нужен потолше, кто-то с «рэ» играет, кто-то с «соль». Поэтому профессиональные музыканты возят с собой на концерты разнокалиберный арсенал – шесть-семь штук на все случаи жизни!

Курай – это как подзорная труба из газеты

Сначала немного истории. Первым технологию изго­товления деревянного курая запатентовал мастер Вакиль Шуга­юпов в 1974 году. Говорят, не все музыканты тогда приняли новин­ку. Но жизнь заставила - деревян­ный инструмент куда удобнее и надежнее.

Делать стали так: берете лист шпона – тонкий-тонкий древес­ный лист, замачиваете в воде, что­бы он стал мягким, и сворачивае­те в трубочку, как дети подзорную трубу из газетной страницы. Пер­вый слой проклеивается и сверху прикрепляется второй, точно та­кой же.

У такого инструмента всего один недостаток: он хрупкий. Чуть уда­рил или намочил – сломаться может.

Вообще Рамиль Хуснуллин не музыкант вовсе, а инженер.

- Я на курае не играю. Звук толь­ко издать могу, - честно призна­ется он.

В советское время он больше де­сяти лет работал на нефтяном пред­приятии в Ишимбае. Свою жизнь он круто поменял в начале 90-х, когда закончилась перестройка и началась неразбериха.

- Я, если честно сказать, деревен­ский, в деревне родился и вырос. Искал повод вернуться в родные места, хоть у меня в городе квар­тира была и зарплата хорошая, - рассказывает Рамиль. - А как дети родились - у меня их трое, так ре­шил, что им лучше будет жить на свежем воздухе. Тут и природа от­личная, и покупаться есть где, и порыбачить.

Чем старее дерево – тем лучше

В родных местах Хуснуллин от­крыл цех по производству мебе­ли, заодно учил ремеслу детей. А однажды сосед-кураист попросил смастерить ему новый инструмент.

- Инженер - это навсегда, это об­раз жизни, поэтому я решил курай по-своему изготовить. Метод свой я запатентовал, мы с сыновьями работаем по нему уже лет десять. В день успеваем сделать по 20 за­готовок.

Рамиль Фатихович инструмент делает не из цельного куска, из уз­ких полосок шпона, сворачивая их под особым углом – по принци­пу фанеры. Так можно ре­гулировать и толщину ин­струмента: раньше он был миллиметр-два в толщину, а сейчас - полмиллиметра. Вы разницы, скорее всего, не почувствуете, но для про­фессионалов это очень важ­но. А главное - такие кураи долговечнее.

- Чтобы сделать один ин­струмент, нужно, как мини­мум, дней сорок, - рассказы­вает сын мастера, Урал. - Для начала дерево нужно найти - чем старее оно, тем лучше. Вот это, с которым мы сей­час работаем, 25 лет проле­жало. Склеиваем трубку, по­том сверху второй слой, кра­сим и даем несколько дней высохнуть, дважды лакиру­ем. А потом курай должен отлежаться примерно месяц. А потом можно настраивать с профессиональным музы­кантом – делать дырочки в нужных местах.

Это кажется, что курай – очень простой инструмент, на самом деле мало кто смо­жет сыграть на нем хоть что-то с первого раза. У меня, на­пример, не вышло. Но мо­жет, у вас получится?

ЧЕТЫРЕ НАИВНЫХ ВОПРОСА О КУМЫСЕ, КОТОРЫЕ ВАМ НЕКОМУ БЫЛО ЗАДАТЬ

Кобылу доят, молоко бродит, его разливают и…все. Производство кумыса – дело нехитрое. На фото - корреспондент Дарья ПетроваФото: Тимур ШАРИПКУЛОВ

Чудодейственное свойство кобыльего молока было известно давно, а вот поставить лечение кумысом на поток догадались лишь пару веков назад – первые кумысолечебницы открылись в России в середине 19 века в… Самарской области. А вот на территории современной Башкирии первое такое учреждение появилось в 1890 году благодаря внучке Сергея Аксакова - Ольге. С тех пор лечить кумысом слабые легкие (характерная черта русской интеллигенции!) в Башкирию приезжали и Лев Толстой, и Антон Чехов. А что до поэта-сатирика Саши Черного – так тот вообще обогатил русскую литературу «Кумысными виршами».

Помог ли кумыс русским классикам, ска­зать трудно (в конце концов, Чехов, как из­вестно, умер все-таки от чахотки), но вот Башкирии прославиться на всем постсовет­ском пространстве, а то и за его пределами - помог точно. Чтобы понять, что же такого есть в нашем кумысе, мы отправились в ту самую первую здравницу, открытую на ак­саковской земле, - в Белебеевский район.

Почему доить кобылу не то же самое, что корову?

- Летом у нас красиво, - говорит директор АПК «Весна» (которая и занимается приго­товлением кумыса для санатория «Аксако­во») Николай Петров, когда мы подпрыгива­ем на очередной кочке в его «Ниве». Ухмыля­ясь, он добавляет: - Когда асфальт застывает.

Редакционная машина вместе с водите­лем остались там, где закончился обычный асфальт и начался «незастывший». Николая Павловича местное бездорожье давно уже не смущает: ловко выкручивая руль, он уводит машину прямо в поле.

Перед глазами появляется настоящая де­ревенская пастораль – хоть энциклопедию Башкирии иллюстрируй: на лугу пасутся больше двух десятков лошадей. На заезжих журналистов животные не реагируют – съем­ки съемками, а обед по расписанию. Гово­рят, одна лошадь может схомячить до 30 кг травы в день!

Вдоволь насмотревшись на лошадок, мы едем в соседнюю деревню со смешным на­званием Кум-Косяк – как раз успеваем на очередную дойку. Их, к слову, несколько – первая в шесть утра, дальше – через каж­дые три часа.

- Доить лошадь – совсем не то же самое, что корову, - объясняют на ферме. – У коров те­лят отнимают, а они продолжают давать мо­локо. Кобыла же будет доиться только до тех пор, пока у нее есть жеребенок.

А многоль кобыла дает молока?

Ручной дойки на ферме, конечно, нет – процесс давно автоматизирован. Но выгля­дит забавно: лошади выстраиваются в очередь и покорно ждут. Никакой толкучки: «отму­чавшись» (хотя особо искушенные в вопро­сах дойки кобыл убеждены: лошадке прият­но), животинка убегает обратно в стойло, по­качивая толстыми боками. На случай, если вдруг лошадь окажется «жадиной» и не за­хочет «кормить» доильный аппарат, в углу специально привязан жеребенок-подсосок. Его подведут к лошади – и молоко пойдет. За сутки, кстати, одна кобыла дает 5-6 литров.

Почему кумыс сладкий?

После того как молоко будет собрано в до­статочном количестве, его в обычных ­алюминиевых флягах везут в цех производства. Здесь его подогревают на водяной бане до 34-38 градусов. Потом сме­шивают с закваской и отправляют в липовые чиляки. Деревянные кад­ки то бишь.

Сказать честно, я ожидала увидеть серьезное автоматизированное про­изводство – размера молкомбината, не меньше. Отнюдь: весь кумыс – в буквальном смысле «хэнд-мэйд».

В чиляках смесь молока и заква­ски взбивается в течение полутора часов. Смешанное с закваской ко­былье молоко начинает бродить. Но скиснуть за это время, естественно, не успевает.

На наших глазах уютная тетя Га­ля (ее должность называется «тех­нолог») обычным полиэтиленовым ведром переливает его в огромную кастрюлю. Процеживает через мар­лю и протягивает мне пластмассовый ковш. Мне предстоит разливать ку­мыс в бутылки. Искусство немудре­ное, но напиток никак не хочет уме­щаться в бутылке – белая пена все время норовит вырваться на свобо­ду, залив кривые руки корреспон­дента по локоть.

- А хотите свеженького попробо­вать? – спрашивает тетя Галя. Она почти не злится на меня за залитый пол.

Кумыс еще не остыл – его зачерпы­вают прямо из огромной кастрюли. На вкус он сладкий, как и само ко­былье молоко. Говорят, по питатель­ным свойствам максимально при­ближенное к материнскому.

Потом бутылки закупорят и… от­правят в холодильник. Вот и все про­изводство.

Почему кумыс нельзя производить в промышленных масштабах?

Впрочем, свежеприготовленный кумыс никто не пьет – в течение не­скольких часов он должен побродить в бутылке. Лишь потом его отвезут в санаторий. То, что останется, уйдет на продажу.

- А в Уфе его можно купить? – спрашиваю я, заранее зная ответ, - до столицы напиток не доезжает.

- Вокруг Уфы и своих производств много, - улыбается Николай Петров. – А везти его далеко, да и незачем. Он же дольше пяти дней храниться не может.

Вот потому главный напиток и символ Башкирии и не производят в промышленных масштабах. Да и хорошо это, наверное. Иногда тради­ции должны оставаться традициями.

«КОГДА У ПЧЕЛ РАБОТА КОНЧАЕТСЯ, ОНИ СТАНОВЯТСЯ ЗЛЫМИ»

Наш корреспондент Татьяна Лунгу постигает премудрости пчеловодстваФото: Тимур ШАРИПКУЛОВ

Едем на пасеку в Иглинском рай­оне. Деревня Тавтиманово. Здесь у местного жителя Анэса Калимулли­на живут примерно 2000 пчел. Пасеч­ник обещал нам «эксклюзив» - по­казать, как пчелы готовятся к зиме.

Для начала меня экипировали, как следует: выдали смешную шапку с сеткой на лице и рубаху огромных размеров.

- И перчатки не забудь. Осенью пчелы злее, чем летом, - пугает меня помощник главного пчеловода Иван Александровских. - Когда они рабо­той заняты, на человека не обращают внимания, а сейчас уже ко сну гото­вятся, не любят, когда их тревожат.

Любят мед и моховые подушки

В первые осенние недели ульи на­до утеплять. Для этого нужен дымо­отпугиватель. Чайник с ручкой-пых­телкой, внутри него – горящие уг­ли. Нажмешь на ручку - оттуда дым идет. Дым успокаивает пчел. Этим моментом пчеловоды и пользуются, чтобы открыть крышку улья и сде­лать в нем все, что надо.

- Мы достаем из улья медовые рам­ки, чтобы не мешали, и утепляем его - ли­бо ватой, либо мхом. Можно специаль­ную мохо­вую поду­шку взять. Эти ма­териалы влагу не пропуска­ют, внутри улья будет сухо и тепло, - рас­крывает секре­ты пчеловодства Иван.

Зимой в улье пчелы питаются си­ропом из меда, он лежит там в спе­циальных мешочках. Проголодав­шись, пчелки прокалывают их жа­лами. Мне дали подержать в руках этот несчастный мешочек, разодран­ный, словно когтями дикого зверя. Эх, хорошо, что я в униформе!

За день пчелы могут пролететь около 70 километров. Вот уж точно трудоголики!Фото: Тимур ШАРИПКУЛОВ

Зачем пчелам красный свет?

Теперь пчелок надо перенести в омшанник. Это деревянное строе­ние, похожее на баню, примерно 60 квадратов.

Лампочки тут горят красным све­том. Смотрю – пасечник мой ходит в красной рубашке. Оказалось, это не простое совпадение: только крас­ный не раздражает пчел, такие уж они неженки.

Здесь все обустроено просто. Толь­ко деревянные полки для ульев. Про­фессионалы меряют пчел семьями – здесь поместится 150-200 семей. Летом, кстати, омшанник тоже не пустует, пчеловоды хранят тут рам­ки с сотами.

Полезный, но невкусный забрус

На полке я углядела большую ка­стрюлю с каким-то необычным на вид медом.

- Это забрус, - просветил меня Иван Александровских. - Первый слой, ко­торый мы снимаем с медовых рамок. Он очень полезен для десен и желуд­ка. Угощайтесь!

Я начала жевать и прекратила общение с пчеловодами ми­нут на 15. Очень вязкий, с кусочками сот, не особо сладкий, жуется труд­но. Угощение на лю­бителя. К тому же мне в процессе пе­режевывания сооб­щили, что в забрус частенько попадают ножки пчел...

А уже в конце апре­ля пчелы будут делать первые полеты за некта­ром. Да и зимой времени они не теряют – размно­жаются.

Кстати, место для пасеки выбира­ли не случайно – рядом растет липа. Поля вокруг засеивают донником, кипреем, фацелией. Еще есть мали­на и цикорий. Кстати, пчелы собира­ют мед примерно в радиусе трех ки­лометров. В день могут сделать 20-30 «рейсов».

официальные правила игры Руммикуб (новая версия) на русском

Цель игры

Первым выложить все свои фишки на игровом поле.

Группы фишек

  • «Группа» — это набор 3-х или 4-х фишек с одинаковым числом, но разного цвета. Например: черный 7, красный 7, синий 7, оранжевый 7.
  • «Ряд» — это набор 3-х или более последовательных чисел одного цвета. Например: черный 3, 4, 5 и 6.
  • ВНИМАНИЕ: число 1 является наименьшим числом, и не может следовать за числом 13.

Игра

Игроки должны разместить группы и ряды фишек, общим числом 30 и более (для этого нужно сложить все числа) в качестве первого хода. Если игрок не может сделать этот ход, он берет еще одну фишку из банка и ход переходит к следующему игроку. В течение первого хода группы и ряды нельзя перемещать или добавлять фишки из оставшихся в подставке к имеющимся на столе. Время для осуществления одного хода ограничено 1 минутой. Если в течение минуты игрок не смог переместить фишки, они должны быть возвращены в исходное положение, а игрок получает из банка 3 фишки в качестве штрафа. Если остались фишки, положение которых не удается вспомнить, их необходимо вернуть в банк.

Перемещение

Перемещение фишек является наиболее увлекательной частью игры. Игроки стараются выложить как можно больше фишек на игровое поле, перераспределяя группы и ряды или добавляя фишки к уже имеющимся группам и рядам. Группы можно перемещать множеством различных способов (примеры ниже). В конце каждого раунда должны оставаться только связанные группы и ряды. Отдельно лежащих фишек на игровом поле оставаться не должно.

Джокер

Джокера из группы может забрать игрок, который сможет заменить его фишкой с числом и цветом, необходимым в этой группе или ряду. Фишка, используемая для замены Джокера, может быть взята как из подставки игрока, так и из фишек на столе. В случае, если на столе выложена группа из 3 фишек, джокера можно заменить фишкой любого недостающего цвета.

Если игрок заменил Джокера фишкой, он должен использовать Джокера в течение того же хода в роли фишки для новой группы или ряда. Джокер не может быть использован в течение первого хода. В группу, содержащую Джокера, можно добавлять фишки, ее можно разделять и убирать из нее фишки. Если Джокер остается в подставке игрока в конце игры, игрок получает 30 штрафных очков.

Победитель

Игра продолжается до тех пор, пока один из игроков не использует все свои фишки. Остальные игроки складывают все числа на своих фишках (см. «Подсчет очков»). Если в банке заканчиваются фишки, игроки играют «в банк», выкладывая по очереди по одной фишке в банк, пока у кого-нибудь из игроков не закончатся фишки. Если оставшиеся игроки не могут продолжать, игра заканчивается.

Подсчет очков

После того, как кто-либо из игроков выложил все свои фишки, остальные игроки складывают числа на оставшихся у них фишках. Сумма чисел для каждого проигравшего игрока является для каждого из них отрицательной суммой.

Сумма чисел ВСЕХ игроков является положительной суммой, которую получает победитель. Завершив серию игр, каждый игрок суммирует все свои отрицательные и положительные суммы, таким образом получая итоговую сумму очков. Побеждает игрок, набравший наибольшее количество очков.

В редком случае, когда фишки в банке заканчиваются раньше, чем один из игроков выкладывает все свои фишки, игроки делают еще один дополнительный ход. После этого хода побеждает игрок с наименьшей суммой на оставшихся у него фишках. Каждый проигравший игрок суммирует все цифры на своих фишках, и вычитает свой результат из суммы победителя. Результат будет отрицательной суммой для этого игрока. Сумма результатов проигравших игроков засчитываемся победителю в качестве положительной суммы.

Казахские национальные игры — Википедия

Как и у каждого народа, у казахов есть множество национальных игр, одной из особенностью которых является проверка на силу и выносливость. Чаще всего такие игры имели состязательный характер.

Сбивание тымака[править | править код]

Сбивание тымака — это казахская национальная игра, принять участие в которой может каждый, умеющий держаться в седле и имеющий лошадь. Шест, высотой не превышающей всадника, втыкают в землю и надевают на его верхушку головной убор — тымак. Участнику игры показывают место, на котором установлен тымак, затем плотно завязывают глаза и дают в руки камчу. После этого наездника крутят на одном месте и отпускают со словами: «Ну-ка теперь иди, сбей тымак». В случае, если игрок не сбил тымак с трех попыток, он может, по разрешению ведущего, исполнить песню или импровизацию, что дает ему право вновь принять участие в состязании. Количество участников игры не ограничивается, испытать удачу может каждый, у кого есть верховая лошадь.

Алтыбакан[править | править код]

«Алтыбакан» — казахская национальная игра, развлечение молодежи. Однако немаловажное значение имеют традиционные моменты воспитательного значения. Вечером вся молодежь аула, джигиты и девушки, за аулом сооружают «алтыбакан» (качели: алты — шесть, бакан — шест). Игра имеет огромное значение в познании искусства, взглядов молодежи, их взаимоотношений. На разные увеселения молодежи родители смотрят с негодованием, а на «алтыбакан» не имеют права не отпускать (особенно девушек). Здесь молодежь поет песни, играет в различные игры, и это веселье продолжается до полуночи. «Алтыбакан» — своеобразный развлекательный досуг.

Кыз куу[править | править код]

Кыз куумай (догони девушку) — национальная конная игра в Казахстане и Кыргызстане. В ней участвуют юноши и девушки, которые состязаются парами на лошадях полукровных пород. В первой половине игры девушку преследует юноша и если догоняет, то её целует; во второй половине игры они меняются местами. Девушка стремится догнать своего партнера и в случае удачи бьет его камчой. Дистанция скачки 400—500 м. В конце дистанции устанавливается флаг, обозначающий поворотно-контрольный пункт. Девушка (а юноша в обратную сторону) принимает старт на две лошади впереди.

Мастерство игры (на личное или командное первенство) оценивается по пятибалльной системе, при этом учитываются три признака — искусство владения конём, художественность (красота) исполнения и резвость скачки. Участники выступают в красочных национальных костюмах на одномастных, эффектных по экстерьеру[en] лошадях, благодаря чему зрелищная сторона состязаний очень выигрывает.

Кокпар[править | править код]

В казахской национальной игре кокпар принимали участие джигиты аулов, соседствующих по пастбищу. Данное состязание было проверкой на силу, ловкость, меткость, умение держаться в седле. В день соревнований все участники и зрители собирались на поле. На расстоянии 10-20 метров соревнующихся бросалась туша барана. Так и начиналась борьба за кокпар, которая могла длиться до самого вечера.

Аударыспак[править | править код]

Аударыспак — известный вид казахской народной борьбы — один из видов борьбы всадников на лошадях (жекпе — жек ойыны). По правилам этой разновидности конной борьбы разрешается «увлекать» за собой соперника только вперед и к себе, а также выезжать вперед соперника, тем самым мешая ему продвигаться вперед. Кроме того, запрещается применять друг против друга нагайку — непременный атрибут любого всадника. Большое значение в аударыспак имеет подбор лошади. Согласно устоявшимся требованиям, наиболее предпочтительными являются невысокие, подвижные и сильные лошади. В прошлом даже были специалисты, которые занимались выращиванием и подготовкой таких лошадей. Соревнования в казахских единоборствах, играх и состязаниях обычно устраивались во время традиционных праздников, а также семейных торжеств. Нередко схватки организовывались и в часы досуга, для чего было достаточно всего лишь бросить вызов: «А ну, давай! Кто из нас сильнее?». Ещё в недалеком прошлом обучение аударыспаку начиналось с детства. Казахского мальчика очень рано приучали к седлу. Первые свои схватки он проводил, сидя верхом на жеребятах, баранах или молодых бычках. Большую практическую ценность имели также разнообразные игры, например, жаяу аударыспак, где роль лошади исполнял напарник. У повзрослевших джигитов основным методом тренировки становились многочисленные соревнования и поединки ради разрешения спора.

Байга[править | править код]

Игроки парами (конь и наездник) встают на линию старта так, чтобы не мешать друг другу. Первый игрок — конь — вытягивает руки назад-вниз, второй — наездник — берет его за руки, и в таком положении пары бегут до линии финиша. Наездник, первым прискакавший к финишу, должен подпрыгнуть и достать узорный платочек, подвешенный на стойке.

Түйме алу[править | править код]

На противоположных сторонах площадки намечают линии старта и финиша. По площадке раскладывается большое количество монет (камешков). Игроки выстраиваются вдоль линии старта. По сигналу джигиты начинают скачки — передвигаются по направлению к линии финиша, имитируя скачку на конях. Во время скачек джигиты, не останавливаясь, наклоняются и поднимают монеты.

Побеждает тот, кто смог во время скачек собрать больше монет.

Аламан байга[править | править код]

Казахская национальная игра «Аламан байга» — это испытание не только наездников, умения держаться в седле, а главным образом — это испытание для лошадей. Аламан байга — это конное состязание, скачки на длинные и сверхдлинные дистанции. Исторические корни этой игры основываются на необходимости казахов готовить лошадей к длинным переходам во время перекочевки на новые места, а также отбора самых выносливых и сильных скакунов для улучшения породы. Так постепенно Аламан байга стала неотъемлемой частью больших праздников. Иногда во время таких вот соревнований некоторые лошади не выдерживали нагрузки и погибали не дойдя до финиша или падали от усталости, ломая ноги. Известно, что наездники перед скачками, для того, чтобы защитить своих скакунов от сглаза заплетали им хвост и гриву в косы и вплетали в неё перья филина или амулеты от сглаза, а также старались никому не показывать скакуна, держа его под попоной.

Ак суек[править | править код]

Участники игры становятся в шеренгу. Ведущий берет белую кость (можно использовать резиновый мяч, деревянный ключ, резные палочки и т. д.) и напевает: Белая кость — знак счастья, ключ, Лети до луны, До белых снежных вершин! Находчив и счастлив тот, Кто тебя в миг найдет!

После чего ведущий бросает кость за шеренгу играющих. В этот момент никто не должен оглядываться назад, чтобы не видеть, в какую сторону летит кость. Когда кость упадет, ведущий объявляет: Ищите кость — Найдете счастье скорей! А найдет его тот, Кто быстрей и ловчей!

Цель действий — быстро найти кость и незаметно для остальных принести её ведущему. Если дети заметят её, они преследуют игрока и, слегка ударив по плечу, отбирают кость, затем тоже бегут к ведущему. Для того чтобы быть незаметным и без препятствий донести кость до ведущего, можно проявить хитрость, находчивость. Иной игрок под предлогом того, что он не может найти кость, идет к ведущему шагом, отвлекает внимание соперников различными способами (например, громко говорит, указывая на другого, и утверждает, что кость якобы у него и т. д.). Если игрок нашел кость, то есть оказался счастливцем, то вся группа или один из группы исполняют его желание: поют, читают стихи, подражают голосам животных.

Орамал[править | править код]

Водящий дает одному из участников завязанный в узел платок. Участники становятся в круг вокруг водящего. По команде водящего «Раз, два, три!» все участники разбегаются. Водящий должен догнать игрока с платком, коснуться его плеча и взять платок. В момент преследования игрок с платком может передать его товарищу, тот — следующему и т. д. Если водящий поймает игрока с платком, тот должен исполнить любое его желание: спеть песню, прочитать стихотворение и т. д. После этого он становится водящим.

  • Детские подвижные игры народов СССР. Сост. А. В. Кенеман; Под ред. Т. И. Осокиной. — М.: Просвещение, 1988.— 239 с: ил.


Смотрите также